al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Живой психоанализ: психоаналитик о ядерной угрозе и международной обстановке

Наличие ядерного оружия актуализирует и мобилизует то, что я назвала бы миром шизофреника. Стирание границ между реальностью и фантазией есть черта, для психоза характерная. Состояние разрушительного всемогущества становится вполне реальным: одним нажатием кнопки мир невосстановимо уничтожается.
...Это было насильственное ввержение в войну, настоящая «буря в пустыне», в пустыне наших мозгов. Чувствовалось нечто явно больное: Джордж Буш и Саддам Хуссейн, как два параноидальных маньяка, обменялись выходящими за любые рамки оскорблениями...
Статья психоаналитика Ханны Сегал (Hanna Segal): Хиросима — Персидский залив и далее: психоаналитическая перспектива.
Хорошая статья. Вот такой психоанализ я уважаю. Это уже выходит за рамки психоанализа, встроенного в Систему и ее обслуживающего. Уважения заслуживает и понимание того, что нельзя молчать, тем более во все более осложняющейся обстановке.  И в данном случае для меня уже не так важно то, что Сегал пользуется некоторыми положениями  ортодоксального психоанализа (которые многие психоаналитики принимают почти что априори) и с которыми не согласен я. Принимая априори наличие "врожденной" деструктивности, психоаналитики останавливают тем самым свое мышление на этой точке, не пытаясь вникнуть в условия, которые ее могут порождать. Однако, продуктивный анализ можно развивать и от этой точки (хотя тут возникают свои сложности, но это ладно)). Это тоже крайне важно (и сложно, для большинства) - увидеть серьезнейшие внутренние проблемы, признать существование внутренней агрессивности и деструктивности, понять глубокую (нелинейную) взаимосвязь между внутрипсихические, межличностными и социальными проблемами.  Это - не просто важно. Без этого невозможно идти вперед.
Шизо-параноидальные механизмы, расщепления, проекции, идентификации - все это работает во всех обществах, причем "по полной программе".  Статья представляет собой глубокую и "уничтожающую" критику  как действий политиков и властей , так  и бессознательности самого общества, т.е. тотальной слепоты.  Работа шизо-параноидальных механизмов показана на примере истории противостояния США (Запада) с СССР, а далее - на примере поиска и создания новых врагов, новых "империй зла". Точно такие же процессы происходили и происходят и в России.  Когда враг исчезает, то есть вероятность исчезновения проекций, а значит - внимание переключается на внутренние проблемы (точно так же, как и в индивидуальной психологии и психотерапии), что вызывает новую тревожность и страх, в связи с не готовностью их решить, а значит - ищется новый враг/объект для проекций.
Столкнувшись лицом к лицу с возможностью встречи с нашими внутренними проблемами, мы прибегли к маниакальному триумфализму. Перестройка была воспринята как триумф превосходства мощи нашей системы. Но наша ядерная ментальность не изменилась нисколько. Маниакальная жажда власти, обрисованная Хисом, как и наркотическое пристрастие к атомной бомбе, замеченное Кеннаном, просто обязаны создать нового врага на смену Советской России. Потому что, во-первых, они и в самом деле его создают, а во-вторых, новый враг нужен для оправдания наших агрессивных притязаний.
 В статье конечно слишком затянуто вступление, но, видимо, автор обращался к широкой и малоподготовленной аудитории :)
Я выдерну несколько ярких цитат, по сути.
Имеется еще одна причина того, почему психоанализу принадлежит свой особый вклад в понимание социальных явлений - это иррациональность группового поведения. Глядя на общество, поступающее столь иррациональным образом, очевидным в наших деструктивных для планеты, от которой мы зависим, действиях, в разрушении жадной эксплуатацией и загрязнением нашего собственного местообитания, в продолжении неуемного состязания ядерных вооружений, вполне можно заподозрить в этом работу могучих бессознательных сил, далеко выходящих за пределы рациональных конфликтов между классами, нациями и расами. Наша тяга к самоистреблению стала подчас выглядеть каким-то осатанением.
Конечно.
Там далее все-таки очень несуразными выглядят попытки оперирования фрейдовскими идеями о тот, что человеческие массы должны быть либидозно связаны еще и потому, что таким образом "обезвреживается" "врожденная" враждебность "всех против всех"... Зачем воскрешать мертвецов? Эти идеи имеют и, кроме всего прочего, суггестивное влияние. Да и эрудированные психоаналитики не могут не знать о феномене "самоисполняющегося пророчества" :)
Вот функция группы в деле освобождения индивида от вины - это хорошая идея.  А связывание деструктивности в группе... Связывание-то происходит, только вот вопрос о происхождение этой деструктивности я считаю открытым.
В типичном случае с этой деструктивностью группа имеет дело посредством «раскола», саму группу идеализируя и сплачивая через братскую любовь и коллективную любовь к идеалу, в то время как деструктивность направляется вовне на другие группы. Сильнее всего мы любим друг друга тогда, говорит Фрейд, когда нам есть кого сообща ненавидеть. Как правило, на группу проецируется та часть нас самих, совладать с которой один на один мы не в состоянии, поэтому прежде всего на группу проецируются наиболее беспокоящие нас психотические части.
Защитные механизмы группы направлены главным образом против психотических страхов, удержать которые в себе индивиду не по силам, причем эти защитные механизмы используются тем способом, который, будучи использован отдельным индивидом, рассматривался бы как психоз.
В нормальных обстоятельствах преобладает конструктивное и реалистическое функционирование группы, а психотические ее черты находятся под контролем. Однако даже в этом группа ведет себя таким образом, который в случае индивида был бы душевной болезнью: почти всегда, например, группы идеализируют себя, возвеличивают себя и параноидальны.
... Когда наши психотические части поглощаются групповой идентичностью, мы уже не чувствуем за собой никаких отклонений, поскольку наши взгляды санкционированы группой. Если в группе преобладает рабочая функция, то психотические элементы сдерживаются и могут выражаться вполне безобидным способом.
Вместе с тем группа больших размеров, типа государства или нации, может делегировать функции психотического принятия контролируемым ею подгруппам, например армии. Милитарный разум и военная подготовка целиком строятся на этой параноидальной функции. Наше чувство зависимости от чего-то сверхсильного и наши мессианские иллюзии величия могут быть инвестированы в церковь или вообще в религию. При надобности возникают и другие подгруппы такого рода
.

Однако что происходит, когда хвост начинает вилять собакой и берет верх армейская ментальность, а реалистическая заинтересованность группы - нации - становится подчинена мегаломании и паранойе богов войны? Что бывает, когда власть перехватывает религия, с ее религиозными битвами и инквизицией? Такое случается только тогда, когда большая группа дает на это молчаливое согласие и позволяет этому случиться. Большая группа бессознательно проецирует в группу фанатиков или фигуру лидера свои собственные болезненные элементы и, хотя и отрицая это, уходит тем самым от ответственности, в пассивной покорности подчиняясь внешней силе, на словах часто презираемой.
...политические группировки создаются общими интересами и потребностями. Анализ Маркса вполне совместим здесь с психоанализом, но он совсем не учитывает того, что образование политических групп, как и любых других, привязано к механизмам психоза. Проще говоря, богач или эксплуататор, неспособный совладать с виной за свою разрушительную алчность или амбиции, присоединяется к другим таким же, снимая вину двояким образом: или путем создания группового «сверх-я», или путем проецирования деструктивности и вины на бедных и угнетенных, создавая красного монстра коммунизма или черно-красного монстра из угнетенных цветных народностей. Бедные, с другой стороны, чувствуют себя беспомощно, они завистливы и полны мщения; они также находят выход в проекции и самоидеализации, вроде марксистской идеализации пролетариата. В этом смысле очень удобна и конструктивна диктатура пролетариата, поскольку бедные и угнетенные вины за собой не знают, словно бы эта группа по своей природе чужда жадности, преследованиям и т. д.
Угроза преобладания в группе психотических процессов над рабочей ориентацией в особенности нависает над политическими группировками, национальными или идеологическими - вследствие того, видимо, что работа национальной или политической группы намного менее определенна. Если в группе ученых, работающих в лаборатории, возобладают психотические процессы, выполнение реальной работы прекращается. Совсем по-другому обстоит дело в политических группировках, наиболее легко впадающих в чувства превосходства, мессианства, в убежденность в своей правоте и паранойю по поводу других. Еще одна причина этому может быть в том, что в политических группировках происходит постоянная охота за властью, что само по себе является целью очень примитивной.
Некто однажды сказал, что трагедия демократий состоит в том, что для попадания на самую вершину вы должны обладать качествами, делающими вас непригодными на этой вершине находиться.
...Однако в обычной, хорошо функционирующей группе политическое измерение будет подчинено рабочему режиму группы: «Слишком много политики, скажут в таком случае, будет невыносимо, поскольку это мешает работе». Совсем иначе в политической группировке, кроме политики другого дела не имеющей. Группа избирает вождя согласно своей ориентации. Под воздействием психотического механизма группы имеют тенденцию избирать или терпеть вождя, представляющего групповую патологию, Гитлера или Хомейни, например. Однако такие группы не только избирают неуравновешенных вождей, но и воздействуют на них в свою очередь. Они вверяют своим вождям всемогущество и тем самым заталкивают их в мегаломанию еще дальше. Происходит очень опасное взаимодействие между взбудораженной группой и беспокойным вождем, умножающими патологию друг друга.
Политическая группировка бывает организацией типа государства или его политической партии. Однако существует гораздо более крупная и более размытая политическая группа, в которую на деле входит каждый из нас. Каждый из нас, даже тот, кому политические партии абсолютно безразличны, неизбежно так или иначе размышляет о политике. Эти наши размышления во многом контролируются группой, к которой мы принадлежим, например государством, причем ряд положений этой группы, сугубо иррациональных и могущих оказаться опасными для нашего личного выживания, принимается нами некритически. Мое мнение таково, что ситуация присутствия ядерного оружия порождает психическую констелляцию, в которой оказываются возбуждены наиболее древние психотические страхи и группа следует по пути самого примитивного психотического поведения.
...
В первой своей статье об этом «Молчать это преступление» (1985, опубл. в 1987) я обратилась к проблеме привлекательности (само)разрушительного всемогущества и наводимого им террора, показывая, как само наличие бомбы провоцирует самые примитивные психотические страхи уничтожения и поставляет себе на службу самые примитивные защитные механизмы.
...При нормальном развитии событий, как это описал Фрейд и позже детализировала Кляйн, Эрос, сила жизни, успешно интегрирует и укрощает деструктивные и самодеструктивные позывы, обращая их в способствующую жизни агрессию. Однако в глубинах бессознательного по-прежнему существуют подобные неинтегрированные желания и ужас. Мы здоровы лишь частично, и обстоятельства вроде тех, что мы имеем сегодня, опять мобилизуют самые примитивные наши части. Слишком велика притягательность всемогущества, а значит, на другом уровне, и притягательность смерти.
Против переживаний страха и вины за такие деструктивные влечения в дело вводятся сильнейшие защитные механизмы. Резко усиливаются процессы расщепления и проекции, создавая империи зла. Это в свою очередь лишь усиливает иррациональную тревожность и реальные страхи. Следующим шагом защиты усиливается мегаломания, принимая вид всемогущества атомной бомбы. Происходит дегуманизация врага, делающая его или чудовищным монстром или объектом ниже всякого презрения. Однако обращается она не только на врага: параллельно этому дегуманизируются свои же люди.
...Если атомная бомба и изменила образ мыслей, то только к худшему, породив менталитет, построенный на страхе быть уничтоженными, усиленный механизмом шизофренической защиты. Этот менталитет пережил конец «холодной войны» и воспрепятствовал извлечению из краха «империи зла» конструктивного опыта
.
...Среди прочего нас упрекают еще и в идеализме - чего я полностью не отрицаю, однако не считаю это чем-то «неаналитичным». Надо все-таки различать между идеализацией и обладанием какими-то идеалами. Идеализация есть атака на реальность и как таковая очень опасна, поскольку неизменно сопровождается расколом и проецированием - идеализацией себя, своих идей или группы за счет параноидального отношения к другим. Совсем иное иметь идеалы: нет ничего патологического в надежде на лучшее будущее, например, на мир, в старании людей этого достичь, отлично понимая насколько это трудно - а противостояние этому проистекает не только от других, оно проросло корнями в самих нас. .    
Tags: война, психоанализ, система
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • О времени (Карло Ровелли «Срок времени»)

    «Срок времени» - вторая книга итальянского физика Карло Ровелли. Первая - «Нереальная реальность. Путешествие по квантовой петле», о ней я писал…

  • Наркокапитализм

    Лоран де Суттер. Наркокапитализм. Жизнь в эпоху анестезии. М.: РИПОЛ классик, 2021. Книга - прямо подарок для левых! (да и не только для левых,…

  • Захват внимания Машиной влияния

    Виктор Мазин. Машина влияния. Наконец-то появилась эта книга. Буду читать "вне очереди". И не могу в очередной раз не сказать, что не может…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments