al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Category:

психология классовых отношений и классовой борьбы

Ноам Хомски приводит свидетельства (в книге "Прибыль на людях"), хорошо характеризующие психологию властных "элит":
"В своей «Энциклопедии социальных наук» Гарольд Лассуэлл, один из
основоположников современной политологии, предупреждал, что разумное
меньшинство должно «распознавать невежество и идиотизм масс»
и не
поддаваться «демократическому догматизму, согласно которому простые люди
наилучшие судьи собственных интересов». Не они наилучшие судьи, а мы.
Массы следует контролировать ради их же блага
, и в наиболее
демократических обществах, где сила не применяется, социальным
менеджерам придется обратиться к «совершенно новому методу контроля, в
значительной степени с помощью пропаганды»."
Вот так. Понятно, что у этих ребят мания величия, а значит серьезнейшие психологические проблемы, о которых те, впрочем, не особо желают думать. Но сейчас речь не о них, а о том, что то самое большинство нередко ведет себя таким образом, что действительно, при поверхностном взгляде, можно усомниться в их вышеназванных способностях, если не принять во внимание другие обстоятельства и не заглянуть в "суть" ситуации. 
Да, большинство, группируясь в толпы, которые текут то на спортивно-увеселительные мероприятия, то по случаю разных "религиозных" мероприятий, то на съезды Единой России, то к торговым центрам (этим новых "приходам") по выходным, или проводя свободное время переде экраном ТВ - этими и другими действиями большинство как-бы говорит - нами нужно управлять, мы не знаем как жить сами. При этом одна из самых больших глупостей (и это явно тендециозная глупость) заключается в попытке представить такое положение дел как проявление "природы" человека (с разными вариациями, типа "русские веками жили так-то" и пр.).
И большинство, и меньшинство просто следуют определенным коммуникационным сценариям, определенным правилам игры, которые, вкупе с другими условиями, формируют и тех, и других. Обе стороны вызывают друг у друга определенные реакции и действия. Можно сказать и так: большинство поддерживают, путем определенных "сигналов" (посланий), как у меньшинства (власти), так и у себя иллюзию, что они не могут руководить своей жизнью сами, поэтому ими нужно управлять.
В реальности все конечно неизмеримо сложнее. И любое общество, любая социальная группа неоднородны, и коммуникации сложны и разнообразны, они многоуровневы и противоречивы.

Пол Вацлавик пишет: "С прагматической точки зрения не существует значимых различий между интеракциями наций и интеракциями людей. Противоречивая пунктуация порождает различные взгляды на реальность, включая характер взаимоотношений, и таким образом приводит к международным или межличностным конфликтам."
А значит таким же образом можно анализировать отношения между классами и вообще между какими-либо социальными группами.
Итак, линейное мышление необходимо отбросить. Неверно анализировать лишь то, как А (линейным образом) влияет на В (или один социальный класс на другой). Дело в том, что отношения - нелинейны и цикличны, они представляют собой круг. Поэтому реакция В является стимулом для дальнейших соответствующих действий со стороны А, и тут уже не важно, "кто первый начал", то есть поиск "первопричины" или "истоков" большого смысла не имеет. Важно понимать, что если такая ситуация (тип коммуникаций, паттерны) некогда сложились (то есть имеет исторический характер), то значит ее можно изменить и выйти из этого круга, каким-бы порочным и патологическим он ни был.
Такой подход преодолевает ограниченность попыток описать социальную ситуацию известными способами, в духе линейных отношений - либо как желание вождя темными массами, либо как порабошение народа властной элитой. И неудивительно, что революционные начинания, остававшиеся в рамках старой парадигмы, неизбежно терпели крах.

Крайне интересно также экстраполировать на социальные процессы идеи Эрика Берна
Из игр, описанных Эриком Берном, к данной сфере хорошо подходят, например, вот эти.
"Почему бы тебе не... – Да, но..."
в которой крайне важна проблема боязни "неструктурированного времени", как это называет Берн.
и "Если бы не ты"
Обывателя спрашивают - а почему бы вам не изменить условия своей жизни, которые вас не устраивают, сделав, например, вот это, а он отвечает - да, но...
В общем, ту все на поверхности, как мне кажется.
Выделить хотелось бы идею Берна о страхе перед неструктурированным временем, которая совсем не так проста, как может показать, но в общем - примерно понятна.
Стержень марксизма - это освобождение человека, заключающееся на первом этапе в решительном сокращении рабочего дня и обеспечение человеческих условий труда, а в идеале - вообще свободный труд, который не будет продиктован экономической необходимостью. Освобождающееся от труда время будет "использоваться" для всестороннего развития, самоактуализации ну и т.п. и т.д.
Но что мы видим сейчас? Усредненный обыватель просто-напросто боится этого свободного неструктурированного времени. Он боится остаться наедине с самим собой... Впрочем об этом многие писали уже давно. И боится он опять же ни потому, что это какая-то мифическая "природа" или сущность у него такая. Он боится потому, что его так приучали с детства его родители, которые боятся того же самого, которых в свое время отучали... и т.д. Но ошибочно все сводить к "мама-папа-я", так как люба семья - это часть общества. А обществу, коль уж оно есть какое есть, нужны индивиды лишь в качестве рабсилы (ну и пушечного мяса, голосующих марионеток, послушно-бездумных потребителей и т.п.)  и внутренний мир человека весьма жестко программируется ("администрируется"), что приводит к существенным поломкам (критическое мышление, воображение, ризома, способность к метакоммуникации). Такой обыватель, являющийся частью такой системы (общества) и системы коммуникаций, по сути, боится перспективы (называй ее хоть коммунисчтической, хоть анархистской или какой-то еще), открывающей ему то, чего он, увы, боится. Поэтому-то капитализм и рынок пока что и более привлекательны, патология поддерживает патологию (индивидуальная и социальная).
Кроме того, общества ориентированные на рост и на конкуренцию друг с другом (происходящую от конкуренции, взаимной зависти и жадности властных группировок) будут неизбежно порабощать индивида, отказывая ему даже в увеличении свободного времени.

Вильгельм Райх очень дельные вещи писал:
"Когда Райх общался со своими пациентами, он обратил внимание, что они
мобилизуют все свои защитые реакции против него. Они стремились
ухватиться за невротическое равновесие и испытывали страх как только
аналитик приближался к подавленному материалу. В той же самой манере
революционные идеи скользят по панцирю характера масс, потому что эти
идеи обращаются ко всему тому, что люди вынужены заглушать в себе, чтобы
смириться с собственным огрублением».

«Было бы неправильно считать, что трудящиеся не восстают, потому что у
них недостаточно информации о механизмах эксплуатации. На самом деле
революционная пропаганда, которая стремится объяснить массам социальную
несправедливость и иррациональность экономической системы, обращается к
глухим. Те, кому приходится вставать в пять утра, чтобы ехать на завод,
проводить в добавок к рабочему дню два часа в метро или пригородной
электричке, вынуждены адаптироваться к этим условиям за счет устранения
из головы всего, что может вновь заставить их усомниться в
справедливости этих условий. Если бы они осознали, что они тратят свои
жизни на службе абсурдной системе, они бы либо сошли с ума, либо
покончили бы с жизнью. Для того, чтобы избежать таких связанных с
отчаянием взглядов, они оправдывают свое существование, пытаясь
рационализовать его. (50) Они подавляют все, что может вызвать сомнения и
беспокойство, и приобретают структуру характера, которая адаптирована к
условиям, в которых они вынуждены жить
. Отсюда следует, что
идеалистическая тактика, которая состоит в объяснении людям того, что их
угнетают, бесполезна, так как людям приходится подавлять в себе мысль о
собственном угнетении, чтобы продолжать жить с ним. Революционные
пропагандисты зачастую утверждают, что они стремятся поднять уровень
сознательности людей. Опыт показывает, что их предприятия редко
завершаются положительным результатом. Почему? Потому что это
сталкивается с бессознательными защитными механизмами и всеми теми
оправданиями, которые люди выстроили, чтобы не осознавать собственную
эксплуатацию и пустоту собственной жизни».

Касториадис:
"Общество может иметь место лишь постольку, поскольку объекты сублимации
являются одновременно образцовыми, упорядоченными и дополнительными по
отношению друг к другу; точно так же, на пару с этим, полюса
отождествления, которые общество предлагает индивидам, должны быть
одновременно образцовыми и взаимодополняющими. К примеру, полюс
отождествления «сеньора», который предлагался сыну сеньора в феодальную
эпоху, превратился бы в чистое ничто в его реальной психической жизни
(или производил бы лишь странных психотиков), если бы на пару с ним
общество не навязы-вало множеству других детей полюса такого
отождествления и значения, которые на всю оставшуюся жизнь превращали их
в слуг.

Проясним
это положение еще одним примером. Психоаналитическое толкование якобы
должно быть в силах давать отчет о том, что делает индивида более или
менее способным принимать свое реальное положение, которое, разумеется,
всегда является каким-то социальным положением. Капиталистического
общества не могло бы быть, если бы самой жизнедеятельностью этого
общества капиталисты и пролетарии не воспроизводились бы ежедневно
миллионами экземпляров как раз там, где эта жизнедеятельность едва ли
век тому назад производила лишь полуфеодалов и крестьян. Психогенетические
процессы, делающие индивидов способными принимать положение капиталиста
и положение пролетария, имеют решающее значение, и они являются одним
из условий существования капиталистической системы
, - что в
принципе забывают марксисты, желая свести их к эпифеномену,
автоматически сопутствующему «способу производства». Эти процессы
несводимы к чисто социальным процессам; но они также логически и
действительно предполагают эти последние, поскольку в данном случае речь
идет о том, чтобы образовать индивида в качестве капиталиста или в
качестве пролетария, а не в качестве сеньора, патриция или жреца
Амона-Ра. Ничто в психике как таковой не может производить эти значения,
мир значений, без которого они ничто, способ бытия значений как
устанавливаемых. Никакая «конституциональная» составляющая, никакое
искажение образования, никакое функциональное замещение объекта влечения
или извращенность родителей не могли бы изначально создать в Афинах или
в Риме ребенка, который стал бы президентом Дженерал-Моторс; никто не
мог бы сегодня в Париже или в Нью-Йорке заложить основы того, чтобы он
стал фараоном или шаманом, кроме как через превращение в психотика, и
если бы содержание психотического бреда не использовало подручные
исторические значения. «Первые очевидности?» - но чего ради! Почему же
все-таки психоаналитическое рассуждение раз за разом вынуждено
прикидываться, что этих будто бы «очевидностей» не существует?"

Tags: Вацлавик, Райх, Хомски, Эрик Берн, власть, живые системы, коммуникации
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments