al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Categories:

о "чашке чая", всего лишь...

Медицинскую сестру пригласили ухаживать за пациентом, страдающим

гебефренной формой шизофрении с легкими проявлениями кататонии.

Вскоре после их встречи сестра подала пациенту чашку чаю. И этот хрони-

ческий больной, взяв чашку чаю, сказал: “Впервые в жизни мне наконец-то

дали чашку чаю”. В последующем общении с пациентом наметился ряд до-

казательств сущей правды этого утверждения2.

Не так-то просто одному человеку дать чашку чаю другому. Если какая-то

дама наливает мне чашку чаю, то это, возможно, лишь демонстрация ново-

го чайника или сервиза, или попытка меня задобрить, чтобы что-нибудь от

меня получить, или стремление произвести хорошее впечатление, или,

быть может, желание заполучить во мне союзника в каких-то своих интри-

гах против других. Она может ткнуть в мою сторону чашкой с блюдцем,

после чего я должен схватить их, не мешкая ни секунды, пока у нее не от-

валилась рука. Действие может быть механическим, в котором мое присут-

ствие в нем остается инкогнито. Чашка чаю может быть подана мне без

того, чтобы мне подали чашку чаю.

Наша чайная церемония заключает в себе простейшую и самую трудную

вещь на свете — одному человеку, искренне оставаясь самим собой, дать

на самом деле, а не по видимости, другому человеку, взятому в его соб-

ственном бытии, чашку чаю— действительно, а не по видимости. Этот

больной хотел сказать, что в течение его жизни множество чашек чаю пе-

реходили из рук других в его руки, но, однако, в его жизни не было чашки

чаю, которую бы ему действительно дали.

Некоторые люди более восприимчивы, чем другие, к тому, что кто-то не

видит в них человека. Если кто-либо очень чувствителен в этом смысле, у

него весьма серьезные шансы получить диагноз “шизофрения”. Фрейд го-

ворил об истериках, как позже Фромм-Райхман о шизофрениках, что они

хотят получать и давать больше любви, чем большинство людей. Можно

сделать обратное заключение: если ты хочешь получать и давать слишком

много “любви”3, ты рискуешь подпасть под диагноз “шизофрения”. Этот

диагноз приписывает тебе неспособность давать или получать “любовь”

так, как это делают взрослые люди. Если ты улыбнешься подобной мысли,

это можно будет рассматривать как подтверждение диагноза, поскольку ты

страдаешь “неадекватным аффектом”.
Рональд Лэнг "Я и другие"
Перечитываю сейчас. Очень жаль, что Лэнг зачастую ассоциируется лишь с представлением об "антипсихиатрии" и... на этом все заканчивается.
Вот еще, если кому интересно, - на мой взгляд, архиважная тема. Это же "схема" работающая при взаимодействии индивида с превосходящей его системой/структурой. Ребенок и мама-папа и др., человек и общество или просто любая социальная группа. Ситуация, где есть зависимость, со всеми вытекающими.
"Рассмотрим следующие вариации на одну из базовых тем

детства.



Маленький мальчик выбегает из школы навстречу матери.

1. Он подбегает к матери и крепко ее обнимает. Она обнимает его в

ответ и говорит: “Любишь свою маму?”. И он обнимает ее еще

раз.

2. Он выбегает из школы; мать открывает объятия, чтобы прижать

его к себе, но он останавливается чуть-чуть поодаль. Она спра-

шивает: “Ты не любишь свою маму?” Он отвечает: “Нет”. Она го-

ворит: “Ну ладно, пошли домой”.

3. Он выбегает из школы; мать открывает объятия, чтобы прижать

его к себе, он останавливается поодаль. Она спрашивает: “Ты не

любишь свою маму?” Он отвечает: “Нет”. Она отвешивает ему

шлепок и говорит: “Не будь наглецом” (“Не смей дерзить”).

4. Он выбегает из школы; мать открывает ему объятия, чтобы при-

жать его к себе, он останавливается слегка поодаль. Она спраши-

вает: “Ты не любишь свою маму?” Он отвечает: “Нет”. Она гово-

рит: “Но мама знает, что любишь, дорогой” — и крепко его обни-

мает.

В ситуации (1) нет никакой скрытой двусмысленности, здесь полное вза-

имное подтверждение и единение. В случае (2) приглашение матери от-

вергается мальчиком. Ее вопрос, возможно, содержит “двойное дно”, имея целью, с одной стороны, задобрить мальчика, а с другой — прозондировать

его чувства. Она имеет в виду, что он что-то чувствует по отношению к

ней и знает, каковы эти чувства, но ей неизвестно, “каково ее положение”

с ним. Он говорит ей, что не любит ее. Она никак это не обсуждает и не

отвергает его. Предоставит ли она ему возможность “продолжать в том же

духе” или “даст делу спуститься на тормозах”? Или найдет способы нака-

зать его, или же попытается взять реванш, демонстрируя безразличие, или

постарается расположить его к себе и т.п.? Может пройти какое-то время,

прежде чем он узнает, “каково его положение” с ней.

В случае (3) с мальчиком обращаются как с отдельным, самостоятельным

существом. Его слова и поступки не лишают законной силы, однако в дан-

ном случае очевидным образом существуют правила, регулирующие, когда

и что говорить. Он получает урок, что иногда лучше быть вежливым или

послушным, чем быть “наглецом”, даже если наглость — это всего лишь

честность. Он немедленно узнает, каково его положение. Если шлепок ма-

тери не будет сопровождаться другими, более изощренными мерами, то

выбор, который стоит перед ним, предельно ясен. Следи за тем, что ты го-

воришь, или нарвешься на неприятности. Он может знать, что хотя мама

отшлепала его за “дерзкое поведение”, ей больно и обидно. Он видит, что

то, что он говорит, ей небезразлично и что если он обижает ее, она не пы-

тается возложить на него бремя вины посредством туманных апелляций к

его совести.

В случае (4) мать не воспринимает то, что он говорит по поводу своих

чувств, и парирует атрибуцией, полностью отменяющей его собственное

свидетельство. Подобная атрибуция делает нереальными чувства, которые

“жертва” переживает как реальные. Реальное разобщение, таким образом,

упраздняется и создается ложное единение.

Вот вам примеры атрибуций такого порядка:

“Ты сказал это просто так. Я знаю, ты этого не имел в виду”.

“Ты можешь думать, что чувствуешь что-то подобное, но я знаю, что на са-

мом деле это не так”.

Отец говорит сыну, который просит перевести его из школы, где его трети-

руют: “Я знаю, ты на самом деле не хочешь уходить, потому что среди

моих сыновей нет трусов”.

Человек, подвергавшийся атрибуциям такого типа, будет испытывать труд-

ности в понимании того, каковы его чувства или намерения, если только

он не имеет достаточно твердой почвы под ногами. Если нет, существует возможность, что он утратит способность непосредственно осознавать, чувствует ли он то или это и как определить то, что он делает.



Tags: Лэнг, архиважно, живые системы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments