al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Categories:

Неолиберализм и капиталистическая субъективация

Пьер Дардо, Кристиан Лаваль. Неолиберализм и капиталистическая субъективация.

Очень сильная статья. Авторы заходят прямо в "сердце тьмы", куда боятся соваться большинство психотерапевтов разных школ и психоаналитиков. Хотя тут и тот же самый даблбайнд и прочие подобные ловушки. Речь о том как неолиберализм конструирует субъективность (психологию) где-то на атомарном уровне. Поэтому все крайне важно для понимания того, как такой системе можно противостоять. Ниже - кусочки статьи.



"Согласно широко распространенному мнению, термин «неолибера-
лизм» означает одновременно некую идеологию, побуждающую бук-
вально вернуться к либерализму в его истоках, и некую экономическую
политику, состоящую в обуздании деятельности государства ради рас-
ширения возможностей рынка. Одним словом, осторожное заявление
Адама Смита должно здесь легитимировать безжалостную отдачу обще-
ства на растерзание все время растущему рынку. Тем самым, устранив
социальное государство [l’Йtat providence], неолиберальный капита-
лизм явит капитализм, якобы полностью совпавший с собственной глу-
бинной сущностью, «капитализм в чистом виде» 2 .
Но мы вправе задать вопрос: А чем этот этап развития капитализма
отличается от предыдущих периодов?

Разве капитализм не был всегда
воодушевлен стремлением заменить традиционные социальные отно-
шения расчетливой логикой бездушных интересов? Разве капитализм
не отличался с самого начала неукротимой жесткостью и постоянным
захватом всего вокруг? Разве он не отодвигал постоянно собственные
«внутренние пределы»? Разве сказанное в этой связи Марксом — что воз-
растание прибавочной стоимости есть отличительный признак капита-
листической системы — уже не объясняет всего? «Производство приба-
вочной стоимости, или нажива — таков абсолютный закон этого спосо-
ба производства» 3 . Нет ничего нового под солнцем капиталистического
накопительства; как удачно выразился Мишель Фуко, «капитализм — это
всегда одно и то же, только это одно и то же становится все хуже» 4 .
...
Изготовление бухгалтерской субъективности

Как подчеркивал еще И. Бентам в конце XVIII века, великое искусство
управления людьми смогло соединить частный интерес с профессио-
нальной эффективностью, с целью уничтожить в людях даже само по-
буждение к лени, бездействию и пороку. Все возникающие усилия долж-
ны были быть направлены, благодаря «менеджменту производитель-
ности», к единой экономической цели — эффективности. Такая цель
достигается благодаря модификации субъективности, при которой на-
емные работники становятся субъектами стоимости.
В чем же состоит такая бухгалтерская и финансово организованная
субъективность? Она позволяет более эффективно управлять индиви-
дами, заставлять их производить больше, и упраздняет старые проце-
дуры административной власти, которая была сочтена неэффектив-
ной.

Новый способ управления заключается в том, чтобы подчинить
юридически-административные распоряжения, заподозренные в при-
дании индивидам пассивности и зависимости, экономической логике,
основанной на соревновании и материальном стимулировании, кото
рая, как считается, сделает субъектов более активными, более автоном-
ными и, при неизбежной капитализации лучших решений, более ответ-
ственными за результат своего труда.
Бухгалтерская субъективация наемных работников происходит бла-
годаря использованию стандартизирующих методов менеджмента. Они
состоят в том, что всякая трудовая активность кодифицируется, резуль-
таты представляются в виде цифр, цели и результаты фиксируются
в числовом выражении. Главным здесь является применение техники
сравнения с эталонными показателями (benchmarking), так что фактиче-
скую активность можно всякий раз оценивать и сопоставлять с задан-
ными целями. Это позволяет поощрять эффективную реализацию це-
лей материально и символически, а также намечать новые цели и зада-
чи. Индивидами оказывается возможно управлять при помощи рычагов
личного интереса, передавая субъекту бухгалтерскую логику, ставящую
перед ним квантифицируемые цели, которые ему надлежит достичь,
и назначающую ему релевантные санкции и поощрения.
Конструирование такого кодифицированного и квантифицирован-
ного универсума, равно как стандартизация отношений между уровня-
ми цепочки объективаций и «оценки», которая порождает «бухгалтер-
скую ответственность» каждого наемного работника (accountability), —
все это техники власти, принцип которых может быть заявлен
следующим образом: «Надзирать лучше, чтобы производить больше» 11.
Лучше надзирать — значит надзирать эффективнее: речь не идет о том,
чтобы нагружать еще большим количеством операций командно-
административную систему и сжимать тиски бюрократического поряд-
ка. Новый надзор состоит в создании такой ситуации, когда индивид
вынужден будет постоянно надзирать за самим собой, контролировать
свои действия, а точнее, чувствовать себя обязанным постоянно демон-
стрировать все более высокие количественные показатели, чтобы не
подвергнуться санкциям за недостаточную эффективность, но, напро-
тив, получить вознаграждение, положенное за производительность.
Речь идет о том, чтобы подчинить наемных работников новой менед-
жериальной установке (dispositif managйrial), которая воспроизведет
квазирынок на их уровне и запустит внутри предприятия или в рабо-
те нанимающей их администрации закон внутренней стоимости. Такое
включение в субъективность бухгалтерской логики требует выстроить
повсюду системы информирования и стимулирования, которые будут
воздействовать на человека так же, как воздействует на него ситуация
на рынке. Для этого они должны функционировать по образцу рынка
и принуждать индивидов вступать в эту игру так, как на рынке вступа-
ют в нее предприятия: иначе говоря, прилагать все усилия ради макси-
мизации прибыли. Социологи труда называют такой тип отношений
«контролируемая автономия». Гораздо точнее ее можно охарактеризо-
вать, говоря об индивидуализированной гетерономии или об интерио-
ризированном принуждении.
На менеджерском жаргоне наемные работники, подчиненные такой
системе фиксированных целей, называются «сориентированными»
[«objectivйs»]. Менеджеры изображают работу в таком режиме контро-
ля над собой и самопринуждения к достижению целей как одно из необ-
ходимых условий максимальной вовлеченности в работу. Наемный ра-
ботник обязан «отдать всего себя», полностью мобилизовывать свою
субъективность. Он будто бы работает «по своей воле» и «по свободно-
му выбору», притом что ему постоянно напоминают о том, что  и как он
должен делать.
С этой целью используются два основных рычага. Первый — сопер-
ничество. Наемных работников заставляют состязаться друг с другом,
чтобы заставить их показывать себя на пике производительностии.
По сути, индивидов принуждают «действовать свободно» на таким об-
разом заданном рынке, ведут их к «рациональному поведению» макси-
мизации своей прибыли, заставляют усваивать эффективные страте-
гии. Второй рычаг — это страх. Прежде всего страх получить низкую
оценку от тех, чье иерархическое положение выше. Такой способ управ-
ления снабжает административную иерархию более точными инстру-
ментами контроля и индивидуализированными дисциплинарными
средствами. Именно так появляется «менеджерская цепочка» 12, после-
довательность принятия управленческих решений, идущая по вертика-
ли от самого верха до самого низа: всякое нижестоящее звено оценива-
ется вышестоящим, согласно принципу, или, лучше сказать, призраку
непрерывного управления. Если приглядеться, в такой удвоенной тре-
бовательности реализуется перенос нормы конкуренции на поведение
субъектов, которые напрямую не занимаются рыночной деятельностью:
от конкуренции цен (тейлористская логика) здесь сохраняется импера-
тив гибкости, наваждение краткосрочной прибылью, требование оцен-
ки всех составляющих процесса, а конкуренция инноваций (когнитив-
ная логика) привносит экзальтацию безграничной автономией и при-
зывы к непрекращающемуся выбору в свою пользу. При этом мы бы
сильно ошиблись, отнеся эти два требования к различным адресатам:
практики автономизации затрагивают не только управленческую вер-
хушку, нацеленную на творчество и поиск, она также распространяется
на наемных работников, по рукам и ногам скованных самой беспощад-
ной тейлористской логикой. Одни и те же субъекты обязаны интери-
оризировать одновременно обе системы требований. Неудивительно,
что в этих условиях имеют место ситуации «субъектного срыва» у неко-
торых управленцев, вынужденных изо дня в день работать «по вызову»
(яркий пример чему — компания «Французские телекоммуникации»).
Это показывает, сколь основательно модель субъективации, специфич-
ная для неолиберализма, отмечена конкуренцией инноваций.
Все эти техники власти сами по себе не производят ничего матери-
ального. Они производят нечто большее: новую субъективность — бух-
галтерскую субъективность, обреченную на самоистощение. Все искус-
ство убеждения в менеджменте основано на том, чтобы заставить ве-
рить, будто этот новый режим благоприятен для наемных работников,
будто он наилучшим образом подходит для «общества индивидов». Но,
вопреки заявлениям апологетов конкуренции, она вовсе не сводится
к неограниченному выбору как таковому, представляя собой прежде
всего принуждение к выбору в ситуации, которую ты не выбирал.
В ситуации навязанного рынка приходится участвовать в игре. «Пу-
бликуйся или умри» («Publish or perish») — этот лозунг научных работ-
ников представляет собой всего лишь перевод на язык своего сектора
лозунга «Продай или умри», точнее «Продай себя или умри» на рынке
труда. Другими словами, вся логика нынешней ситуации — в происхо-
дящей натурализации того, что сконструировано политически: совре-
менный субъект считает естественным для себя функционировать в ре-
жиме конкуренции. Эти техники кодификации и бухгалтерского уче-
та позволяют понять, увидев в целом внутреннее функционирование
предприятий и институтов, одну из важнейших черт капитализма: кон-
куренцию между работниками. Слова Фридриха Энгельса, которыми он
описывал вынужденную конкуренцию рабочих в статье «Положение ра-
бочего класса в Англии» (1845), сохраняют свою жестокую актуальность:
«Конкуренция есть наиболее полное выражение господствующей в со-
временном гражданском обществе войны всех против всех. Эта война,
война за жизнь, за существование, за все, а следовательно в случае не-
обходимости и война на жизнь и на смерть, протекает не только между
различными классами общества, но и между отдельными членами этих
классов; один стоит у другого на пути, и поэтому каждый старается от-
теснить остальных и занять их место. Рабочие конкурируют между со-
бой, и буржуа конкурируют между собой».
..."

Полностью читать статью можно здесь
Tags: антикапитализм, власть, марксизм, постструктурализм
Subscribe

  • Футбол и абсурд

    Интерес к футболу как одна из реакций на абсурдность контекста человеческого существования. Столь большое внимание к столь бессмысленному мероприятию…

  • Коронавирус и воспроизвдство капитализма

    Пандемия коронавируса и все сопутствующие ей проблемы лишь укрепили капитализм. Да, когда пандемия только начиналась, и Жижек, и многие другие левые…

  • Кадзуо Исигуро. Клара и Солнце

    Кадзуо Исигуро. Клара и Солнце. М.: Inspiria, 2021. Дивные новые миры (победившего капитализма) Кадзуо Исигуро. Из рецензии на горький.медиа:…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment