al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Categories:

мещанство как коммуникация

Александр Тарасов - Интервью журналу «Новая литература». Не во всем я с ним согласен, но мыслит он интересно и остро.
http://saint-juste.narod.ru/musahibe.html
Если критиковать мещанство, необходим прежде всего СИСТЕМНЫЙ АНАЛИЗ этого явления. СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ-КОММУНИКАЦИОННЫЙ. Мещанство не появляется в вакууме. И не развивается. Если мещанские настроения усиливается, значит работает положительная обратная связь, надо анализировать ВСЮ систему.
И мещанство нужно рассматривать как КОММУНИКАЦИЮ, как проблему отношений и всей системы.
И совершенно бесполезно мещанство про обличать... ("Теперь поговорим о дряни...").

Это явление необходимо лучше понимать, как и контекст, в котором оно возникает. В каком-то смысле мещанство - это реакция на определенные условия, но это лишь одна сторона дела (это линейное мышление), а нужно мыслить нелинейность, отношения всегда нелинейны.  Мещанство - часть системы. Невозможно избавиться от мещанства, не меняя системы.
Далее. Мещанство теснейшим образом связано с антисистемным мышлением, с парадигмой, в которой мир мыслится как набор отдельных объектов. Помимо этого, К. Лаваль в "Человеке экономическом" копает глубоко и в верном направлении.
Если говорить о мещанстве как реакции на некие условия, то тут, вероятно, имеет смысл говорить о тотальном "социальном давлении". Это и проблема суггестивности языка, и прочие теории, изучающие связь языка и власти (постструктуралисты). Это делает понятным желание укрыться от этого "давления" в иллюзиях об "отдельном Я", о "любимом Я")), которое будет забиться о своем "личном интересе", иллюзорном... ("Знаете ли вы, что нужно делать, чтобы помешать кому бы то ни было говорить от своего имени? Заставить его сказать «я»" - Делез)... Ну, в общем, это сложнейшая тема. И это все относится, естественно, не только к вопросу о "крахе СССР", но и к вопросу о том, почему мы даже просто буксуем, а... мягко говоря, сворачиваемся)) Имплозия социального идет уже полным ходом (Бодрийяр).



"В конце концов, в СССР было создано общество, в котором антагонистические классы, типичные для обычных классовых обществ, исчезли. Классовые различия оказались вытеснены преимущественно в область надстройки, то есть все граждане стали наемными работниками на службе государства, и разница заключалась лишь в том, работали ли они непосредственно в городском производстве («рабочий класс»), в сельском хозяйстве («колхозное крестьянство») или в непроизводственном (в том числе управленческом) секторе («служащие»). Подробнее я об этом рассказывал в «Суперэтатизме и социализме» и в «Постскриптуме из 1994-го» (http://saint-juste.narod.ru/ps94rus.htm). Психологически же все эти три «класса» были виртуальной мелкой буржуазией (я подробнее писал об этом в «Мировой революции-2» и в статье «Написанное болью» в журнале «Свободная мысль-XXI», 2003, №№ 9, 10; http://saint-juste.narod.ru/bershin.htm), сначала ориентированной на стабильность и благосостояние (типичные буржуазные ценности), затем еще и на потребление. Именно поэтому во всех современных опросах так много симпатий отдают Сталину (стабильность и типичная для мелкой буржуазии тоска по «твердой руке») и Брежневу (стабильность и потребление). Вполне логично, что со временем эта ориентация расширилась до желания стать частными собственниками. Это стало очевидно (и приобрело массовый характер) уже в 70-е годы. Вспомните, как и почему в Азербайджане стал первым секретарем Гейдар Алиев. Подосновой всего этого было сохранение в СССР товарно-денежных отношений.

Так что это были не просто «маленькие радости западной цивилизации», как вы выразились. Это было прямое проявление мещанского сознания. Это было естественное поведение виртуальных мелких буржуа, которые не хотели творить и бороться, а хотели потреблять. И с крахом СССР они оказались обобраны вовсе не «бандой хищных дельцов», явившихся откуда-то извне, а частью их самих: такими же, как они, просто наиболее хищными, наиболее беспринципными, наиболее наглыми, бессовестными, алчными. Все эти люди были и в СССР, просто зачастую они не могли развернуться в полную силу — одни из-за своего полностью криминального сознания (или бытия), другие в силу интеллектуального убожества, третьи из-за воинствующего аморализма или асоциальности. В годы сталинского «Большого террора» как раз такие успешно росли по карьерной лестнице — в первую очередь в карательных органах. С тех же пор многие из них успешно существовали и делали карьеру в идеологических структурах (включая культурно-пропагандистские и образовательные) и в советских общественных и гуманитарных науках. А вот в других областях, пока надо было противостоять капиталистическому миру и решать задачи повышенной сложности (создание ракетно-ядерного щита, освоение космоса, создание автономной сверхмощной энергетической системы и т.п.), вся эта мещанская публика расцвести не могла. И лишь когда СССР был разрушен и такие задачи исчезли, а постсоветские республики (включая и Россию, и Азербайджан) деградировали до уровня «третьего мира», эта серость расцвела пышным цветом везде, так как она оказалась вполне адекватна уровню новых — мелких, примитивных, провинциальных — задач."

Tags: СССР, антикапитализм, коммуникации, постструктурализм, шизо
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments