al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Category:

Гештальттерапия постмодерна. За пределами индивидуализма. Г. Уилер


Некоторые мысли по теме (индивидуализма) и около. Вначале основные тезисы)))

1) Парадигма индивидуализма является конечно тупиковой и, более того, имеет разрушительные последствия, однако надо разбираться с контекстом и условиями, в которых она возникла и «расцвела». Полагаю, что эта парадигма в значительной мере является защитной (и также тупиковой) реакцией на системные проблемы социальной организации, а также на определенные условия человеческого существования, включая экзистенциальную проблематику.

2) Так называемый «индивидуализм» является во многом обманом и самообманом. Наша социальная жизнь пронизана внутренне противоречивыми (а временами парадоксальными, даблбайндовыми) требованиями и послания. В этом свете как «индивидуализм», так и «коллективизм» может предстать чем-то вроде многоуровневой игры (невротической?, шизогенной?), которые ведут все стороны отношений.

Далее немного о книге. Гештальттерапевт Уилер написал очень хорошую и актуальную книгу (скачать можно здесь https://cloud.mail.ru/public/JfcM/juJTyAZvG или в ВК ). С магистральным направлением мыслей автора я полностью согласен, другой вопрос в том, как преодолевать ограничивающие и деструктивные рамки парадигмы индивидуализма. Одной главной дороги тут быть не может, но Уилер сам далек от мысли, что он открыл таковую. Мне кажется, что автор недостаточно внимания уделил причинам (условиям, контексту), обеспечивающим (пока) парадигме индивидуализма такую устойчивость. А это очень важный момент.

Индивидуализм, как и любая другая парадигма, возникла и сформировалась не на пустом месте, не из ничего, но в определенном контексте. И вот с этим контекстом, с этими условиями человеческого существования и надо разбираться. Тема очень большая, поэтому тут можно лишь наметить какие-то направления для анализа.

1) К этому проблемному пункту Уилер подошел, когда критиковал индивидуализм философии экзистенциализма, но не стал на нем задерживаться и прошел мимо. Говоря о взглядах Сартра, Уилер охотно признал роль исторического контекста.

«Сартр вел исследования в условиях фашистской оккупации (и под смущавшим влиянием

далекого наставника, который был нацистом). Поэтому не удивительно, что он относился с

большим подозрением к любому подчинению своих суждений стандартам и истинам других

людей.

...вероятно, придерживаясь

убеждения, что один человек, как бы глубоко он ни впитал эгоцентрические идеи Ницше, все

равно не способен совершить столько опасного зла, как сплоченная масса людей, в которой

каждый отказался «самостоятельно мыслить» в обмен на искушающее удовольствие

принадлежать группе. Эти положения, конечно, являются спорными, однако их можно понять в

историческом контексте.»

Ну, хорошо. В целом, я согласен. А почему же тогда не задуматься о том, что сама парадигма индивидуализма может являться в определенном смысле психологическим защитным механизмом? Она может быть обусловлена сложными системными проблемами самого социума, социальной организацией, находясь в отношениях обратной связи с этими проблемами. При этом проблемы консервируются. Что это за проблемы, вопрос также большой.

В общем, если появляется желание верить в существование некоего «Я», понимаемого как субстанция или отдельная сущность (как трансцендентное Я, душа и пр.), до любых отношений и социума, то это, вероятно, можно понимать как сигнал (симптом) о скажем так неудовлетворительном характере отношений, от которых хочется дистанцироваться и защититься. Если, как писал Пол Вацлавик, все есть коммуникация и «невозможно некоммуницировать», то любые теории и парадигмы также можно рассматривать как своего рода коммуникацию, имеющую цель что-то сообщить окружающим. В данном случае смысл может быть примерно таков: «лучше я буду существовать один, отдельно как монада, чем буду частью отношений с вами, частью коммуникации, связей и всего вашего социума». Отношения, которых таким образом пытаются избежать, могут иметь разную степень проблемности, патогенности и деструктивности, но надо особо подчеркнуть, что пытающиеся избежать этих проблем, на самом деле всегда принимают участие в их создании и поддержании - здесь лучше всего мыслить в парадигме нелинейности и видеть круговые зависимости. И парадигма индивидуализма всегда неизбежно лицемерна - «и с людьми (социумом) я не могу, и без них тоже».

Получается следующее. Вместо того, чтобы понять свою активную роль в конструировании социальных и межличностных отношений, которые ему при этом не особо нравятся, человек начинает замыкаться в себе и старательно взращивать мифологию индивидуализма, а заодно и неолиберализма, в которых социум предстает как площадка для конкуренции отделенных друг от друга индивидов, наделенных «личным интересом», вытекающей отсюда «войной всех против всех». Здесь также начинают играть самую активную роль такие психологические «механизмы», как проекция, проективная идентификация, самоисполняющееся пророчество и пр.; психоанализ, кстати, в качестве инструмента понимания тут очень полезен.

Короче говоря, парадигма индивидуализма играет важную в консервации самых разных проблем - отношенческих, социальных, психологических (бессознательных), она также препятствует построению отношений на другой основе и в других рамках, ограничивает восприятие и мышление, мешаю перейти к более целостному и системному, да просто к иному взгляду на мир.

Ну а проблемы в отношениях и в социальном устройстве конечно же есть (и были), и они очень большие. Это и и проблемы эксплуатации, социальной несправедливости и классового неравенства, которые уже давно были проанализированы марксистами и постмарксистами, а также многими другими социологами, и проблемы «общества контроля», «дисциплинарной власти», и проблемы «духа государства», «духа бюрократии» и пр. Другой слой проблем - это уже область психотерапии, семейной терапии, психоанализа и др. Патологическая борьба за власть в отношениях, взаимные манипуляции, межпоколенная передача проблем, экзистенциальный каннибализм, по выражению Томаса Саса... (конечно, спасаясь от экзистенциальных каннибалов, сложно не начать хвататься за индивидуалистические мифы о Я как монаде - мне тут сложно удержаться от иронии))).

Итак, какая же картина мира (именно картина, карта) поддерживает и подпитывает индивидуалистический миф.

Власть мощных корпораций и верхушки буржуазии, власть капитала, политиков, бюрократов, силовиков, спецслужб, работодателей, рынка, мафии... человеческие отношения, переполненные борьбой за власть, манипуляциями, психо-нейротехнологиями, отношения, в которых всегда находятся те, кто знает что человек «по-настоящему» думает и чувствует, что он хочет и что ему нужно... И все это с самого детства, так как, к сожалению, родители слишком часто воспроизводят все те же паттерны, в которые они сами оказались вовлечены с уже их детства и т.д. на многие поколения назад.

Наша социальная организация, видимо, порождается страх быть поглощенным силами, которые воспринимаются как внешние - обществом, рынком, корпорацией, государством, какими-то скрытыми силами и интересами, социальными группами, другими людьми, родителями... Если меня хотят «поглотить» и подчинить себе, значит мне нужно крепче держаться за свое «Я», укреплять его стены и ждать нападения, отбивать его, а еще, возможно, лучше самому попытаться подчинить себе всех окружающих, или они меня, или я их - и вот он мир капиталистической конкуренции. При этом процессы критического и творческого мышления подавляются настолько, что люди не могут взглянуть на мир как-то иначе, охотно проглатывая мифы, в которых временные и случайные социально-психологические конструкты представляются как естественные, природные и неизменные.

Также еще существует важный экзистенциальный пласт - осознавание, ощущение себя песчинками в огромном Космосе, понимание конечности жизни, быстротечности и т.д. В этом смысле условия нашего существования изначально проблемны, нам нужно самим создавать историю своей жизни, находить свое место в Космосе и мире, понимаемыми как процесс, а не как данность...

Защитные реакции и механизмы тут не помогут мягко говоря. Как и узкие, ограничивающие парадигмы.

Уилер, судя по всему, не разделяет диалектического подхода, даже понимаемого очень широко. В этом отношении мне гораздо ближе и интереснее такой системный мыслитель, как Эдгар Морен, который продолжает развивать (по-своему) теорию, где большая роль отводится противоречиям и даже антагонизмам. Эта линия Гераклит-Гегель-Маркс. Сложный жизненный процесс, изменение сложных живых систем благодаря внутренним противоречиям, которые, однако, не являются чем-то вечным, фиксированным и неизменным но которые сами представляют собой постоянно меняющийся процесс, являющийся частью большего процесса. Противоречия между порядком и беспорядком, между процессами организации и дезорганизацией, между целым и частями, между человеком и обществом и т.д. Быть может в каких-то случаях более правильно говорить не об антагонизмах, а о напряжении между интересами частей и целого. Морен писал и об эмергентности на уровне целого (всей системы), и об эмергентности на уровни части. Это у Морена все очень сложно и интересно излагается. Противоречия ведут к усложнению системы, к объединению на другом уровне, что также порождает новые противоречия и т.д. И хорошо бы продвигаться к сложному, комплексному и нелинейному мышлению, чтобы решать их.

2) Условия человеческого существования не только проблемны, они еще и противоречивы, причем на грани с постоянным даблбайндом))) Человек неизбежно сталкивается со внутренне противоречивыми и парадоксальными требованиями. Ему ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ быть свободным, взрослым и самостоятельным. Но одновременно ему ставятся совершенно другие рамки и условия, он как раз должен быть пассивным и послушным, причем эти требования существуют в неявной форме. Касториадис прекрасно это видел

«Существующая общественная система требует от людей — как трудящихся и как граждан — оставаться пассивными и ограничиться исполнением навязанных им задач. Когда она осознает, что эта пассивность убивает ее подобно раку, она начинает побуждать к инициативе и соучастию, но тут же обнаруживается, что она может добиваться этого, лишь поставив под вопрос саму сущность существующего порядка. Эта система вынуждена жить в двух реальностях, разделять официальное и реальное, непримиримо противостоящие друг другу.

Она не просто страдает от противостояния классов, отношения между которыми остаются чисто внешними. Социальная система содержит момент конфликтности в самой себе.»

Поэтому так называемый западный и американский индивидуализм - это миф, обман и самообман. Тут уместно вспомнить и концепцию индустрии культуры Адорно и Хоркхаймера. Общество и армия потребителей превращается в гомогенную массу, которая должна потреблять стандартизированную культуру, превращенную в продукт. Стандартизированные потребители стандартизированной продукции. О каком индивидуализме идет речь? А экономика и условия труда? Подчинение «корпоративному духу», интересам фирмы, рынка, капитала...

Итак, требования и предписания, которыми пронизан социум, не только противоречивы, но и непоследовательны. От членов общества требуется то активность, то пассивность, то индивидуализм, то коллективизм. А члены общества))) ведут такую же игру в обратную сторону. Они начинают ИГРАТЬ - то в активность, то в пассивность, то в индивидуализм, то в коллективизм. Членам общества хочется то ощущать себя независимыми индивидуалистами, то растворяться в чем-то внешнем - в той же самой корпорации, в национализме (в «интересах нации»), в угаре патриотизма или от какого-то зрелища («все страна радуется победам спортсменов!»), в какой-то силе, анонимной или не осень, в «боге» и пр.

И вот Бодрийяр предлагает термин для описания нашей парадоксальной реальности - апотропия. Это и не активность, и не пассивность. Это именно странное новое состояние общества (хотя может и не совсем новое). И тот же Бодрийяр писал:

"Мы находимся один на один с этой системой в раздвоенном и неразрешимом положении "двойной связи" - точно так, как дети один на один с требованиями взрослого мира. От них требуют одновременно становиться самостоятельными, ответственными, свободными и сознательными субъектами и быть покорными, инертными, послушными, что соответствует объекту. Ребенок сопротивляется по всем направлениям и на противоречивые требования также отвечает двойной стратегией. Требованию быть объектом он противопоставляет все возможные варианты неповиновения, бунта, эмансипации, словом, самые настоящие претензии субъекта. Требованию быть субъектом он так же упорно и эффективно противопоставляет сопротивление, присущее объекту, то есть совсем противоположное: инфантилизм, гиперконформизм, полную зависимость, пассивность, идиотизм. Ни одна из двух стратегий не имеет большей объективной ценности, чем другая."

В этом свете так называемые индивидуализм, если не понимать его не буквально, а метафорически, может предстать скорее как некое желание, как мечта не подчиниться каким-то внешним влияниям и силам, которая приводит только к слепоте и дальнейшему подчинению, так нет понимания происходящих процессов.

А книга Уилера все же очень полезна для понимания этих процессов. В чем-то я с ним согласен, в другом не очень, но целом и в главном - согласен.

Гордон Уилер. "Гештальттерапия постмодерна. За пределами индивидуализма".

Радикальная деконструкция парадигмы индивидуализма, которая заводит цивилизацию в тупик, и обозначение новой парадигмы с позиций гештальтаттерапии и гештальтпсихологии. По-настоящему программная книга "известного психотерапевта, директора Кливлендского института гештальттерапии Гордона Уилера посвящена философско-мировоззренческим основаниям психотерапии, бросая вызов западной традиции индивидуализма".

"Природа человека в западной традиции

Парадигмой индивидуализма мы будем называть в книге основополагающее мировоззрение, набор базовых предположений относительно человеческой природы и человеческого Я. Большинство этих предположений не осознается и принимается просто как аксиома, присущая культуре и языку. На Западе эта парадигма или набор базовых предположений имеет родословную длиною в 3000 лет; она появилась в период досократовского и раннеиудейского мифотворчества и дотянулась почти без перерыва до настоящего времени. Именно этому обстоятельству будет уделено особое внимание в части I. Сегодня в мире, по-видимому, буквально погибающем от крайностей неистового капитализма и преобладания индивидуализма, многие специальные понятия этой парадигмы подвергаются основательным подозрениям и сокрушительной критике. Однако сомнения и критика нередко носят частичный или фрагментарный характер, не позволяя понять, как все эти термины объединяются в едином и связном мировоззрении, как могло оно так долге лежать в основании различных течений всей западной традиции и каким образом до сих пор оно продолжает быть источником информации и, в некотором смысле, деформации сегодняшней жизни и мышления. Обсуждение того, как именно эго происходит, как можно размышлять по поводу этих вопросов и даже переживать их по-иному, более всеобъемлющим способом, начнется в части I, а в последующих главах будет выведено на уровень подробного практического разбора.

Мы неоднократно утверждали на страницах этой книги, что индивидуалистическая модель Я, которую часто принимают как очевидный и установленный факт природы, на самом деле является культуральным конструктом, охватывающим и придающим форму лишь некоторой части опыта self, но и ее эта модель неизбежно представляет в искаженном виде, без учета всего контекста процесса осознавания и феноменологии реальной жизни в поле ее отношений и задач. Этот конструкт, как отмечалось, глубоко укоренился в позитивистской, объективистской и дуалистической традиции, которую мы назвали парадигмой индивидуализма, господствующей и определяющей западную культуру, по крайней мере, со времен Древней Греции. Мы погружены в эту парадигму и смоделированы ею; она снабжает информацией и ограничивает категории нашего мышления и опыта и. соответственно, язык, которым мы пользуемся для выражения и придания формы опыту, оформляя и окрашивая не только наши мысли, но и желания, чувства, ценности, убеждения и смыслы, конструируемые и приписываемые себе и окружающему миру.

...

Парадигма индивидуализма, имеющая влияние на большей части земного шара, является зависимой от гендерных представлений и тесно связана с не имеющим аналогов невообразимым ранее технологическим прогрессом — и одновременно с таким уровнем экологического разбоя и безответственности, который был бы невозможен для предыдущих эпох. Теперь вопрос состоит в том, удастся ли вовремя сдержать экспансию нещадной эксплуатации, конкуренции и отчуждения между людьми, которые песет эта парадигма, с целью предотвращения необратимого вреда и, возможно, окончательного разрушения хрупкой глобальной экологии, частью которой является человек. Для достижения альтернативы нам необходима новая история мира и self восстанавливающая взаимозависимые отношения между частью и целым, индивидом и полем. В свою очередь, в доминирующих обществах Запада она зависит от деконструкции гендерной идеологии (особенно мужского пола) в качестве предпосылки создания новых гендерных историй культуры и self с иным пониманием смысла здоровья, этики и политики для всего мирового сообщества.

Пытаясь разорвать болезненные и явно деструктивные путы унаследованной парадигмы индивидуализма, мы часто испытываем искушение отыскать своего рода духовное убежище, которое можно назвать «восточным», в представлении, что реально существует только целостное трансперсональное self\ а индивидуальный опыт является обманчивым и иллюзорным (зеркальное отражение этой парадигмы) Перед лицом этой опытной/философской дихотомии мы утверждаем холистическую парадигму, в которой уникальная и определенная природа любого индивидуального опыта оценивается и чтится в той же мере (но не большей), что и реальность всего сосуществующего с нами поля, из которого мы рождаемся.

Сегодня наш мир явно взял идущий по спирали курс на саморазрушение, движение по которому лишь ускоряется глобальным маршем западного индивидуализма вместе с различного толка формами фанатизма и клановости…

В любой момент, сейчас или через некоторое время, этот мир и мы вместе с ним можем в буквальном смысле погибнуть из-за неимоверной глубины этих расколов и отчуждения и недостаточной ответственности за все поле, выходящее за узкие рамки наших личных дел. Сегодня имеется насущная необходимость в новой политической парадигме, ином виде организующего принципа, предусматривающего в политическом мире новый тип взаимоотношений между частями и целым...

В отличие от мира, состоящего из воюющих между собой частей, или объединенного мира, но построенного на отрицании и гомогенизации составляющих его членов, — для нового миропорядка в нашем понимании основным условием поля является гибкое и осмысленное целое, благоприятствуюшее, поддерживающее полное, взаимное развитие всех своих частей и способствующее достижению политическою здоровья подобно тому, как, по-нашему, здоровому полю selves следует относиться к своим индивидам. Для достижения этой цели нам нужна новая парадигма self и человеческой природы."

Содержание (оглавление).

От редактора.

Гештальт под сенью постструктурализма и деконструкции.

Благодарности.

Предисловие.

Проблема Я. В поисках новой парадигмы.

Глава Наследие индивидуализма — парадигма на практике.

Глава В поисках альтернативной парадигмы.

Часть Self в социальном поле: Отношения и Контакт.

Глава Self в отношениях — ориентация и контактирование в социальном поле.

Глава Self и контакт — интеграция и процесс в поле жизни.

Поддержка, стыд и близость. Self в развитии.

Глава Поддержка и развитие — Self в поле.

Глава Стыд и подавление —Self в разорванном поле.

Глава Восстановление Self близость, интерсубъективность и диалог.

Интегрированное Self: повествование, культура и здоровье.

Глава Self как история, повествование, культура и пол.

Заключение.

Литература.

Деконструируя индивидуализм (интервью с Гордоном Уилером).

Tags: Бодрийяр, антикапитализм, даблбайнд, неолиберализм, психоанализ, психотерапия, системный подход, шизо
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments