al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Categories:

«Черное зеркало», статья


Очень мне понравилась статья про сериал «Черное зеркало» на опенлефт, прямо захотелось все-таки посмотреть его целиком. В статье хорошо и емко выражены некоторые важные идеи по поводу критики современного капитализма, и она мне понравилась больше тех серий, что посмотрел.

После первой серии я подумал, что это опять скорее всего из тех фильмов о Матрице, которую могла бы снять сама Матрица (ради своего собственного воспроизводства).

Вроде бы и очевиден критический и разоблачительный пафос, поднимаются важные и интересные темы, но... что-то меня все-таки не устроило и не заинтересовало. Начиная прямо с первой серии, которая меня совершенно не шокировало (если меня сейчас и можно чем-то шокировать, то уж точно не такими сценами))), а показалась (та сцена со свиньей) скорее примитивной критикой, или банальной метафорой. Я подумал, что авторы стремились скорее эпатировать аудиторию, а не предложить некий интересный и новый взгляд на вещи, или, скажем, «порвать шаблоны». В результате получилось очередное зрелище в сплошном потоке других, все включается в сети массмедиа и поглощается ими, все смыслы, вся критика, любой освободительный пафос; общество спектакля в действии. Ничего действительно революционного или нового я не увидел, посмотрел потом еще пару серий, и все.

Стиль мне также как-то не очень понравился.
Но, возможно, надо еще попробовать посмотреть)


Стыд, отвращение и разделение чувственного в цифровую эпоху
Наталия Протасеня.
Слишком человеческое: «Черное зеркало» как лицо цифрового капитализма.

...Сериал «Черное зеркало» мог бы восприниматься как консервативный вызов идеям трансгуманизма, который предлагает нам лучезарный образ людей будущего, победивших болезни, смерть и нищету. Но такой пессимистичный взгляд на будущее прогресса и технологий нам давно не в новинку. Апелляции к тотальному контролю, биополитике, полному сращению биологического тела со средствами экономического производства и потребления – лишь верхний, самый очевидный и легко считываемый слой повествования. «Черное зеркало» предлагает нам что-то еще: что-то, от чего холодеет внутри. И это что-то – невероятно точная визуализация неолиберальных законов исключения – негласных правил современного экономического и политического порядка, презирающих любые различия, которые противоречат идее эффективности, конкурентоспособности и индивидуального успеха. Такое исключение формирует новый тип этики социальных отношений. Усиленные возможностями цифровых технологий, эти правила становятся единственно возможной оптикой, как бы заранее вмонтированной в мозг человека.
Благодаря попытке поставить под вопрос принятый способ мыслить социальное происходит подрыв сложившегося символического порядка – системы символических ценностей и представлений.
...
Кажется, центральной темой сериала выступает теория «сбоя» или «зазора» – зазора между несколькими способами мыслить общество. Именно возможность по-разному мыслить существующий социальный, политический, этический и эстетический порядок представляется ключом к социальным изменениям группой таких теоретиков революционного жеста, как Жак Рансьер, Ален Бадью, Пьер Бурдье, Джорджо Агамбен. Подрыв существующего символического порядка изнутри есть основной метод саботажа авторитарной парадигмы власти. В случае «Черного зеркала» власть также проявляет себя через механику агамбеновского «лагеря» – такого типа тотального контроля над человеком, который был свойственен концентрационным лагерям XIX и ХХ веков. C той лишь разницей, что в цифровую эпоху машина власти становится безличной и политическая репрессия реализуется не как физическое уничтожение, но как блокировка аккаунта в глобальной цифровой вселенной или исключение из системы цифрового производства и потребления. Суверен (лицо или группа лиц, наделенных властью) в этом мире рассредоточен, реплицирован и инсталлирован в оптику веб-камеры электронного девайса. Суверен множественен, нематериален, неуловим и непобедим, а в конечном счете – абстрактен. Реальным же остается то «человеческое», которое, словно по досадной случайности, все еще существуют в мире будущего. Именно это «человеческое» и есть последний оплот протеста. Ревность, боль, зависть, стыд – те проявления политического несогласия, которые не дают человеку окончательно превратиться в робота во вселенной интеллектуальных машин, воплощающих собой вожделенный экзокортекс – овнешненный, отдельный от биологического тела разум.
Именно благодаря этим спорадическим, некрасивым и неуместным проявлениям слабости «человеческого» реализует себя протест против постфордистской логики сращения человеческого тела с рынком. В рамках постфордистской экономики нематериального труда работодатель покупает не только руки своего работника, но его интеллект, эмоции, душу. Такой тип экономики порождает новые модели капитала – символический, социальный, культурный.
...Если во время просмотра зрителя и охватывает невыразимый ужас от происходящего на экране, то это происходит не из-за дешевых спецэффектов и извращенной фантазии авторов. Все дело в изящно выстроенной проекции на реальность, в неприятном ощущении чего-то хорошо знакомого. В истории с «Черным зеркалом» возникает один вопрос: как мог сериал, права на который принадлежат развлекательному канала Netflix, то есть сериал, рассчитанный на массового зрителя и коммерческий успех, так вдумчиво и изящно отразить самые глубокие противоречия сегодняшней политической, социальной и экономической действительности, в том числе задев главные болевые точки современной морали?

Tags: антикапитализм, кино, постмарксизм, постмодернизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments