al_ven


твои следы и есть твоя дорога

от фрагмента к фрагменту


Previous Entry Share Next Entry
Кастовая система и развлечения «дивного нового мира» О. Хаксли
al_ven
Продолжение разбора книги О. Хаксли, начало здесь.
Гротескный и картонный (в смысле сильно упрощённый») образ «дивного нового мира» побуждает лишний раз задуматься о том, что же обеспечивает стабильность современной капиталистической системы, в которой не применяют ни генетические манипуляции, ни программирование с помощью гипноза в период младенчества.
Кастовая система дивного нового мира — это не только одно из несбывшихся пророчеств Хаксли, но и показатель некоторой ограниченности мышления выдающегося писателя, которое частично обусловлено конечно же историческим контекстом. Кроме того, Хаксли несомненно был обеспокоен усилением фашизма и нацизма.
Представителей всех каст выращивают искусственно (в Инкубатории), границы между кастами незыблемы, как и их характеристики, переход из одной касты в другую просто невозможен (технически, психофизиологически); как писал сам Хакси, все достигалось путем генетического манипулирования и обусловливания в младенчестве. Всех программируют на «счастье» от занимаемого положение, а также на восхищение к вышестоящей и пренебрежение к низшим кастам. Так достигается «идеальный» гомеостаз)
Но это крайне примитивная картина социального неравенства! Она, например, полностью скрадывает тему отношений между кастами (или классами), как и вообще всю тему общественных отношений. Понятно, что Хакси нарисовал гротеск, но это как раз тот случай, когда литературные образы и метафоры затемняют понимание реальности и само мышление, а не расширяют их. Современная капиталистическая система с ее неравенством и классовыми отношениями устроена совершенно иначе. Суть, во-первых, в отношениях — общественных, классовых, экономических, социальных, которые надо бы понимать, а не том, что атомы-индивиды (касты) наделены некими «неизменными качествами». Картина технологического производства каст опять же скрадывает процесс генезиса расслоения общества на классы и социальные группы.
А старая идея выращивания (с помощью генетики) людей-винтиков со строго определенным наборов характеристик, насколько я понимаю, давно уже уступила дорогу теориям нейропластичности, социального научения и т. д.
В «дивном новом мире» установлена полная определенность, все фиксировано, но в условиях современного капитализма царит неопределенность, все стало текучим. «Каждый может стать миллионером», но каждый миллионер может разориться, каждый представитель среднего класса стать бедным, а бедный ещё беднее. Пресловутые «социальные лифты» работают в обе стороны; проницаемость границ между социальными группами служит одновременно и средством социального контроля, как очень остро сформулировал З. Бауман - Для чего неужна бедность?
Причем тезис «каждый может стать миллионером» конечно же фальшив (все особенности и тонки капиталистической системы давно уже проанализированы) и имеет в каком-то смысле даблбайндовый эффект. Вроде бы и каждый может может разбогатеть, в теории, но при капитализме богатство появляется за счет присвоения результатов коллективного (общественного) труда, поэтому богатеют очень немногие, за счет всех остальных.
Что касается «счастья» и удовлетворенности» местом, которое человек занимает, то капитализм всячески провоцирует именно неудовлетворенность собой и «своим местом», а также постоянное сравнение себя с «богатыми, успешными и знаменитыми», со всеми вытекающими)))
Вот, например, логика потребления, описанная еще Г. Зиммелем, гласит: богатые пытаются сконструировать границу, отделяющую их от большинства с помощью новых моделей потребления, массы, ориентируясь на них, пытаются догнать, а богатые, уходя от этого символического преследования, придумывают все новые символы отличия.
Тема потребления у Хаксли обозначена лишь в самых общих чертах, хотя «Теория праздного класса» Веблена появилась аж в 1899г. Видимо, Хаксли прошел мимо нее. И что уж тут говорить о том, как общество потребления было проанализировано Бодрийяром, например. Хаксли от этого очень далек.

Принцип конкуренции пронизывает всю капиталистическое общество, в «дивном новом мире» этого не наблюдается.
В философии неолиберализма общество представляет собой как-бы набор атомов-индивидов, каждый из которых преследует свои «личные интересы». В «дивном новом мире» упор делается на чувстве общности, хотя у Хакси этот момент (как и многие другие) довольно путанный. Современный капитализм демонстрирует довольно хитрую гибкость. На первый взгляд сейчас не запрещается и даже поощряется все — от ухода в «частную жизнь», в полный индивидуализм, до растворения в какой-либо общности, либо в деятельности (в корпорации, в интересах государства и общества). Скорее всего социальная система (хотя это конечно надо бы раскрыть — как она это делает, или кто это делает...) предъявляет внутренне противоречивые и даже парадоксальные требования (как тут не вспомнить даблбайнд) — нужно быть и не-индивидуалистом, и… («коллективизм» - не самое любимое понятие при капитализме))) жить общественными интересами, а применительно к другим вопросам — нужно быть и активным, и пассивным, и свободным, и управляемым и т. д.
Система неравенства, таким образом, сейчас гораздо сложнее и изощреннее, ее суть состоит именно в отношениях, в системе отношений. И она то маскируется под равенство и демократию (под симулякры, точнее), то объявляет неравенство «полезным» и «необходимым».
Я уже совсем отдаляюсь от романа Хаксли, но только для того, чтобы показать насколько удивительно сложнее устроено общество, сколько в нем противоречий, парадоксов, конфликтов, и все это такое многоуровневое, что начинаешь остро понимать ограниченность нашего понятийного аппарата, который просто не может все это богатство, где драматичное, а где-то комичное, описать.

Другой важный спорный момент заключается в том, что Хаксли не смог понять той самой «склонности» масс к развлечениям и удовольствиям. Он видел в этой «склонности» настоящую беду, но не мог ее объяснить; вероятно он связывал ее опять-таки с какими-то неизменными личностными или психологическими особенностями представителей «широких масс». Контекстуальное или системное мышление открывает другие возможности для понимания этих проблем. Как и социальная психология — достаточно вспомнить работу Росса и Нисбетта "Человек и ситуация. Уроки социальной психологии"

О роли зрелищ и развлечений очень хорошо писал Жан Бодрийяр("В тени молчаливого большинства, или конец социального"), который понимал, но понимал все это как раз контекстуально. Массы хотят зрелищ и развлечений, им совсем не интересны смыслы и идеи? Но разве всегда и постоянно процесс социализации не был связан с насильственным навязыванием смыслов и идей, превращенных в мертвые схемы??? Поэтому-то «любовь» масс к зрелищам и развлечениям лучше понимать именно в этом контексте, как своего рода сложную защитную реакцию. Вообще любое поведение лучше всего рассматривать именно как часть сложной системы отношений (паттернов), как поведение согласно определенному контексту (или контекстам), а не как проявление каких-то черт характера, сил, влечений или что самое плохое - инстинктов. И это относится абсолютно ко всему, к так называемым: пассивности, покорности, лени, агрессивности, активности и пр.
Что касается Бодрийяра, то у него там довольно сложный и подробный разбор темы, о котором я сказал предельно кратко; а ещё бы дополнил его анализ некоторыми идеями из области психологии и психотерапии (теория коммуникаций), но это как-то нибудь в другой раз. Противоречивый и парадоксальный социальный контекст вызывает парадоксальные реакции (например, абсурдное стремление к развлечениям и потреблению; ну, постструктуралисты ещё любят говорить об означающих, о симулякрах и пр.), которые работают в целом на воспроизводство всей системы отношений; тут ещё полезно уметь мыслить нелинейно.
А заниматься «обличением» масс в их приверженности к зрелищам и удовольствиям (или пассивности и пр.) - это не просто тупиковый путь, это значит делать критику (и само мышление) частью проблемы, тем самым работать на воспроизводство проблемы.

У Хаксли также просматривается обеспокоенность использованием достижений науки в деле установления каких-то новых форм тоталитаризма или «общества контроля». Но те акценты, которые он расставляет, вызывают большие вопросы. Если уметь мыслить противоречиями, мыслить диалектически, мыслить системно, то сам по себе прогресс науки не должен вызывать тревоги или страхов. Главный вопрос в том, кто, как, в чьих интересах, в каком контексте и т.д. использует научный достижения. Вопросы «кому выгодно?», « в чьих интересах?» - научились задавать очень давно. Да и без этого все включено в сложнейшую и глубоко противоречивую ткань жизни. И все имеет сложнейшие и многоуровневые последствия. Но у Хаксли (и он, к сожалению, далеко не одинок) все выглядит так, как будто проблем следует ждать от самой науки, которая рассматривается вне контекста. Во всяком случае складывается именно такое впечатление.

В целом же последнее прочтение романа Хаксли оставило у меня чувство разочарования. Нет, достоинства у этой антиутопии есть и они весомые, о чем я уже писал ранее, но… Все-таки слишком устарело все. А если уж открыть «Возвращение в дивный новый мир»… Вот там я увидел действительную ограниченность мышления Хаксли. Набор банальностей, местами на грани реакционных идей, ну и конечно обычное для представителей буржуазной культуры, пытающихся сохранить некоторый критический настрой (но не «чрезмерный» уж конечно))), кружение вокруг проблемы социального неравенства и концентрации власти в руках очень немногих без обсуждения вопроса о частной собственности на средства производства…))) Здесь у них просто какие-то жесткие рамки в мышление встроены)))

Recent Posts from This Journal


?

Log in

No account? Create an account