al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Categories:

О «Солярисе» С. Лема

Речь пойдем именно о романе Лема, который давно занял прочное место среди моих любимых книг, о фильмах - лишь немного, в конце.
«Солярис» (в моем восприятии) - это предложение поразмышлять, это постановка проблем. В нем нет никаких скрытых загадок, которые обязательно надо разгадать, чтобы затем оставить всякое мышление и приятно расслабиться)), нет и всяких тайных символов и знаков. Имеет смысл также помнить и том, что у самого Лема, когда он писал «Солярис», не было ни «концепции», ни рационального «плана» или «сценария», хотя, конечно же, у него были определенные идеи и мировоззрение, которые и нашли выражение в романе. И эти идеи вполне понятны, они находятся на поверхности, Лем сам о них говорил и писал без всяких подтекстов.
Поэтому я не согласен с интерпретациями Океана как бессознательного, как общества и т. д. (вариантов очень много).
Лем разным способами подчеркивал, что ему не интересны попытки представить как Космос всего лишь как расширение Земли (и, следовательно, человеческого социума, культуры, психики); Лем: «Солярис» — это атака на антропоцентрическую мифологию, лежащую в основе программы современной космологии». Одна из главных тем «Соляриса» - это вопрос о границах человеческого познания. Космос — это место, где может произойти встреча с Неизвестным, где человек может подойти к границам своего познания, к своим границам, и, возможно, попытатьсяпереступить их. Я бы добавил от себя, что, вероятно, для писателя и для читателей тема Космоса является своего рода испытанием, попыткой в своем мышлении и воображении выйти за пределы, неизбежно устанавливаемые культурной и исторической ситуацией, в которой мы живем и которая нас порождает.
Но вернемся к «Солярису». Столкновение с Неизвестным, которое никак не удается понять, влечет за собой целый ряд других проблем и вопросов. Как все-таки познать, понять, какие тут новые пути могут быть, как установить контакт… а может просто взять и применить силу, разбомбить? И тут акцент можно перенести с попыток как-то персонифицировать Океан, что чаще всего делается путем навешивания удобного ярлыка, на сам процесс понимания.
Психоаналитические интерпретации лишь на первый взгляд могут показаться интересными, но они здесь совершенно неуместны. В «Солярисе» нет никакого «возвращения вытесненного» - это просто очевидно, на мой взгляд; а явление «фантомов» имеет совершенно другие смыслы. Для множества других историй из жанров фантастики, ужасов и пр. психоанализ очень даже подходит, а ряд писателей вполне сознательно используют те или иные его идеи, но в случае «Соляриса» это будет «притягиванием за уши». Да и надо еще знать весьма сдержанное отношение Лема к фрейдизму, поэтому сам автор был весьма далек от стремления использовать идеи Фрейда.
«Фантомы» - это скорее часть Океана, то есть тоже Неизвестное. Как к ним относиться — по человеческим меркам, по не-человеческим, и что это за мерки в последнем случае, что вообще с этой ситуацией делать — это один из самых острых и трудноразрешимых (или неразрешимых) вопросов, возникших перед Крисом (и другими). Да, можно сказать, что «фантомы» косвенно напомнили людям о нерешенных и драматичных ситуациях из их прошлого, и что одна из важнейших задач для человека — уметь решать подобные проблемы, а не таскать их за собой по всему Космосу, но это скорее побочный эффект появления фантомов. Вытесняется в бессознательное то, что является неприемлемо в конкретной социальной ситуации, то есть бессознательное всегда связано только с человеческим опытом. А «фантомы», как и Океан, относятся к области Не-человеского, Космического, к выходящему за рамки человеческой цивилизации. Если «фантомы» связаны с какими-либо человеческими ошибками в прошлом, причинившими большой вред другим людям, то это обстоятельство скорее связано с проблемой невозможности понять и просчитать все последствия всех наших действий, а также с нашим каким-то системным (экзистенциальным) несовершенством, с нашей ограниченностью. Так, потом появляется и гипотеза о подобных ошибках со стороны Океана; в других произведениях Лема эта тема также звучит.
Когда-то я задался вопросом, а не стоит ли рассмотреть Хари как образ Анимы, особенно в контексте мужского мира не только обитателей станции, но и всего лемовского мира космолетчиков, который преимущественно (слишком?) мужской? Но, нет — для себя я отбрасываю и эту интерпретацию.
Отношения Криса с фантом-Хари являются, конечно, очень эмоционально насыщенными. Этот драматический слой романа очень контрастирует с неторопливыми и медитативными описаниями самого Океана. Но тему человеческих взаимоотношений, особенно любовных, вряд ли можно назвать среди приоритетных в творчестве Лема. Быть может драматизм отношений Криса и Хари также больше относится к проблеме отношений с Неизвестным, выходящим за рамки прежнего человеческого опыта. Но, возможно, и не исчерпывается этим. В конце концов, «фантом» - это скорее самообучающаяся (живая?) система, поставленная в экстремальные условия, которые открываются ей с развитием ее самосознания и способности к рефлексии (переживания Хари).
Очень важный момент — Космос и Неизвестное в лемовском понимании очень далеки от чего-то ужасного, страшного или просто негативного, от чего надо скорее бежать к родной Земле (Матери), или с чем надо сражаться «до победного». Это скорее путь к пределам человека и человеческого, путь за их пределы, путь сложный, тяжелый, но безумно интересный (но не в легковесном смысле, естественно), который может наполнить наши жизни замечательными и сложными смыслами. Я бы добавил, что радикальные размышления (в духе Лема и прочих подобных фантастов) о Космосе — это попытка увидеть нашу жизнь в иных контекстах...

В первый раз я прочитал «Солярис» в 11 лет))), это, конечно, слишком рано)) Но я хорошо помню, как он меня сразил. Потом я несколько раз перечитывал его, отделяя (и довольно) резко книгу и фильм Тарковского: фильм со временем нравился мне все меньше и меньше. Потом, два года назад, а в последний раз перечитывал «Солярис» я довольно давно, нашел аудиокнигу и просто проглотил ее, оставаясь какое-то время под сильным впечатлением, как после первого раза. И вот сейчас прослушал повторно, все-равно захватывает. Решил обязательно написать. И понял, что очень сложно писать о таких книгах, если не выдумывать экзотические интерпретации, над которыми иронизировал сам Лем. Книга погружает в какое-то медитативное состояние, рождаются самые разные образы, мысли, мышление и ассоциации выносят к очень разным темам, а выразить все это сложно, особенно в тексте. Когда слушал, быстро вспомнил весьма любопытную статью о сумеречно-творческом воображении — наверное, это как-раз тот самый пласт воображения, он-то и выдает подобные образы… (подробнее - Фредерик Нейра Сумеречное воображение: вымысел, миф и иллюзия.
Думаюю, не последний раз я взялся за «Солярис».
Что касается фильмов, то Содерберга я не смотрел и не собираюсь, а Тарковского я уже давно просто не перевариваю, в особенности его «Солярис» и «Сталкер», пересмотреть которые я сейчас уже просто не могу))). Тарковского как выдающегося художника я признаю, а в 80-х мне даже было в какой-то степени интересно было смотреть его фильмы, но потом отношение мое к нему изменилось, а его мировоззрение и идеи, которыми он наполняет свои фильмы, мне просто чуждо. А за то, что он сделал с «Солярисом Лема и «Пикником на обочине» Сругацких, мое отношение к нему резко отрицательное. Выпотрошил и наолнил свими фантазиями и идеями, да еще какими!))). Лем честно рассказывал, что поругался с Тарковским и назвал его дураком — я очень присоединяюсь к Лему)))
И в конце — немного из Лема, о «Солярисе». Из википедии, отсюда, отсюда, и из этого интервью.

"Из рецензий на «Солярис» можно составить толстый том, весьма забавный, поскольку рецензенты тянули message этой книги в разные стороны. Один весьма антикоммунистически настроенный англичанин выявил, что океан — это СССР, а люди на станции — его сателлитные государства[1]. Явление проекции, вбрасывания в текст того, что играет в душе критика, демаскирует значительную произвольность литературной критики. Именно это наблюдение было одной из причин, по которой я потом написал мою теорию литературного произведения — «Философию случая».
...
Солярис» — это атака на антропоцентрическую мифологию, лежащую в основе программы современной космологии
...
Мне трудно сказать что-либо рассудительное о возникновении этой книги — как-то она вытекла из меня, без предварительного плана, и у меня даже были трудности с её окончанием. Но поскольку я написал её более сорока лет назад, у меня уже сложилось объективное и хладнокровное мнение.
...
В «Солярис» я попытался представить проблему встречи в Космосе с иным существом или сущностью, каким-то бытием, которое не является ни человеческим, ни человекоподобным.
Научная фантастика почти всегда предполагает, что даже если Иной, с которым мы встречаемся, ведет какую-то игру, её правила мы раньше или позже поймем; как правило, преимущественно речь шла о законах войны. Однако я хотел убрать все пути понимания, ведущие к персонификации Существа, каковым является солярийский океан, чтобы оказалось, что контакт с ним не удается установить понятным человеку способом, но при этом, однако, каким-то удивительным способом этот контакт устанавливается.
...
для меня важно было не столько показать какую-то конкретную цивилизацию, сколько показать Неизвестное как определённое материальное явление, до такой степени организованное и таким способом проявляющееся, чтобы люди поняли, что перед ними нечто большее, чем неизвестная форма материи. Что они стоят перед чем-то, с некоторых точек зрения напоминающим явления биологического, а может быть, даже психического типа, но совершенно непохожим на наши ожидания, предположения, надежды.
Эта встреча с Неизвестным должна породить целый ряд проблем познавательной природы, природы философской, психологической и моральной.
...
Тарковский был гениальным художником и исключительной личностью, и, наверное, именно поэтому нам не удалось достичь никакого компромисса. Мне не нравилось ни психологическое решение картины в целом, ни нравственные сомнения, которые мучат главного героя на экране. "Солярис" должен был стать вопросом о границах человеческого познания, а не психологической драмой типа "Преступления и наказания" в космосе. Кроме того, Тарковский слишком "заземлил" мою книгу: ввел родителей и родственников Кельвина. В конце появляется какая-то избушка на острове. Когда я об этом слышу, меня охватывает чудовищное раздражение.
Известия: Тогда вы даже недосмотрели фильм Тарковского до конца. Не пытались пересмотреть его с тех пор?
Лем: Нет, я не чувствую себя в силах смотреть этот фильм полностью. Врачи велят мне избегать сильных переживаний...
Иизвестия: Если вам не понравился фильм Тарковского, который довольно точно следовал тексту романа, то какое же впечатление должен был на вас произвести фильм Стивена Содерберга, который превратил "Солярис" чуть ли не в любовный роман
Лем: Фильм Содерберга, хотя и потребовал много сил и средств, оказался сплошным недоразумением. У меня такое впечатление, что сам этот в общем-то очень талантливый режиссер не до конца понимал, чего хочет. Однажды он сказал, что попытается соединить "Космическую одиссею" с "Последним танго в Париже". Но это все равно что приготовить солянку с клубникой и подать все это холодным. К счастью, я не принимал в этом никакого участия и не должен был смотреть того, что получилось".



Tags: литература, фантастика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Стивен Кинг «Позже»

    Я воспринял «Позже» как социальный роман. И только этим он мне и понравился. «Позже» - один из последних романов Стивена…

  • Как разговаривать с мудаками ч.2

    «Как разговаривать с мудаками. Что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни» - книга американского психиатра Марка…

  • Как разговаривать с мудаками. М. Гоулстон

    «Как разговаривать с мудаками. Что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни» - книга американского психиатра Марка…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments