al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Categories:

Черные лебеди Талеба: критика

Речь пойдет главным образом о книге Нассима Талеба «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости». Но меня на самом деле интересует не столько сам Талеб и его теории (к нему я не могу относиться серьезно, а его основные идеи считаю несостоятельными), а почему ЭТО становится таким популярным и авторитетным в буржуазной(капиталистической) культуре.
Если говорить совсем кратко, вот что я думаю о нем и его теории.
Теория «черного лебедя» - это фикция, она не выдерживает критики, но она и не предназначена для этого. Среди ее главных задач — представить новый удобный миф, который будет «объяснять» суть кризисов и проблем в капиталистической экономике («все есть «черные лебеди» и не надо больше думать!»), а также будет служить оружием против марксистской и всей прочей критике слева. Другая задача — это реклама Талебом самого себя, с целью более эффективных продаж (самореклама просто сквозит во всех его книгах, как и нарциссическое самолюбование; «Талеб — охотник на черных лебедей»))). Третья задача — перепевание на новый лад старых мифов и привлекательности и чудесах капиталистической системы. Таким образом, я вижу две стороны в талебовских художествах — идеологическую (активное подпевание идеологии неолиберализма) и коммерческую (маркетинговую).
Теперь обо всем этом более развернуто.

В качестве примеров, иллюстрирующих суть «события типа «черный лебедь»», Талеб приводит следующее (не будем цитировать Википедию, лучше самого автора):
«Подумайте, как мало помогли бы вам ваши знания о мире, если бы перед войной 1914 года вы вдруг захотели представить дальнейший ход истории. (Только не обманывайте себя, вспоминая то, чем набили вам голову занудные школьные учителя.) Например, вы бы могли предвидеть приход Гитлера к власти и мировую войну? А стремительный распад советского блока? А вспышку мусульманского фундаментализма? А распространение интернета? А крах рынка в 1987 году (и уж совсем неожиданное возрождение)? Мода, эпидемии, привычки, идеи, возникновение художественных жанров и школ — все
следует «чернолебяжьей» динамике. Буквально все, что имеет хоть какую-то значимость».
Надо же!))) И вот ЭТО проглотили? Но самое интересно - понять почему и зачем. Хотелось бы мне посмотреть, как господин Талеб сказал бы все это тем, кто, например, очень даже предвидел приход Гитлера к власти, видел что и как происходит, пытался протестовать, но был смят и уничтожен этими событиями. Или тем, кто видел как мировая ситуация приближается к войне.
То есть когда Талеб заявляет, что НИКТО не предвидел то или иное событие, он уже сам допускает логическую (когнитивную) ошибку. Да и в целом, сама его книга «Черный лебедь», в которой он постоянно (и явно как-то уж чрезмерно) обличает всех вокруг во всевозможных когнитивных ошибках, также пестрит теми же ошибками (ошибками подтверждения, например), причем настолько, что ее можно саму приводить в качестве примера мышления, изобилующего ошибками.
Но почему на эти ошибки не обращается внимания? На мой взгляд, главным образом потому, что с помощью теории Талеба можно легко заниматься мистификациями по поводу причин современных экономических кризисов и проблем. Таким образом теория черного лебедя просто используется как одна из уловок в идеологической борьбе против марксисткой (левой, да и вообще любой) критики капиталистической экономики и общества, которая вскрывает внутренние его закономерности, принципы и системные противоречия, предсказывая регулярные кризисы, обострение проблем и противоречий. Но как удобно восклицать - «нет, это все черные лебеди!». Любые экономические кризисы капитализма никогда не были чем-то «совершенно неожиданным» (черным лебедем) не только для левых, но и для очень многих критически мыслящих людей (например, для так называемых леволиберальных экономистов); напротив, эти кризисы всегда были вполне логичными и ожидаемыми, другое дело, что точную дату кризиса предсказать, конечно, невозможно, но это не меняет сути дела.

И тоже самое с войнами. Вообще, наклеивать на все подряд ярлык «черный лебедь» - это очень удобно. Но не мешало бы задать и другой вопрос - Cui prodest? (Cui bono?), который, быть может, еще более важен. На самом деле есть разные подходы к пониманию причин возникновения войн, свой подход и в марксизме, в левой мысли. Например, Маурицио Лаззарато - современный философ, один из ведущих представителей итальянского марксизма, понимал войну «как одновременно производительную силу и силу политического преобразования капитализма», источник https://www.colta.ru/articles/society/21286-mauritsio-lazzarato-proizvoditelnaya-sila-kapitalizma-eto-voyna
А вот что писал Т. Веблен, которого, кстати, не относят к левым мыслителям, «либо бизнес должен исчезнуть — и тогда воцарится мир, либо бизнес будет сохранён ценой войн и обеспечения права частной собственности силой оружия» («Исследование характера мира и условий его поддержания» https://gtmarket.ru/laboratory/basis/5890/5891)
При этом понятно, что, безусловно, ни одна теория не является «окончательной и полной истиной», что теорию нельзя превращать в схему и т. д., да и давно уже известно, чем является и чем не является научное знание. Хорошо также известно, какие особенности научного знания и научного познания могут быть использованы в целях попытки его дискредитации и протаскивания различных фикций.
Понятно также, что причины войн всегда сложны, простых ответов на сложные вопросы вообще не существует, необходимо тщательно исследовать особенности каждого конкретного случая и его контекст. Но это должно приводить нас к пониманию необходимости исследовать проблему еще более обстоятельно, мы должны также стремиться к усложнению нашего мышления, к все более системному и комплексному мышлению, а не сваливаться в примитивизацию, называя все подряд черными лебедями.
У каждой войны, у каждого конфликта есть причины, есть определенные условия (контекст), которые приводят к их возникновению и поддержанию (воспроизводству) — и они вполне поддаются пониманию и анализу, как и структура самого конфликта. А все эти басни про черных лебедей… самое интересное, как я уже отмечал выше, тут подумать о том, кому они выгодны. И для чего.

Далее. Талеб называет черным лебедем теракт 11 сентября. Но и тут все зависит от точки зрения. К сожалению, теракты стали событиями, которые происходят регулярно в разных странах и регионах, с разным размахом. Поэтому сам теракт, как класс явлений, не может называться черным лебедем. Другое дело, что каждый отдельный теракт всегда неожиданный и чудовищный. Однако каждая страна, особенно такая, как США (а также все прочие силы, занимающиеся дележом мира, как это им кажется), самым активным образом (и нередко весьма грязными способами) вмешивающаяся в различные процессы по всему миру в своих интересах, то есть проводящая агрессивную империалистическую политику, очень даже может ожидать терактов на своей территории и против своих граждан. Но дело тут, конечно, не в США (это просто пример), а в глубоко конфликтном, если не сказать патологическом, мироустройстве. Попутно я бы вспомнил идеи Бодрийяра о глубокой связи современного терроризма с современными СМИ, с тем, во что они превратились (но тут надо иметь представление о всей теории Бодрийяра; и в разрезе этой теории теракты также неверно называть черным лебедем).

И точно таким же образом можно (и это очень несложно) деконструировать и опровергнуть другие примеры, которые приводил Талеб в качестве иллюстрации своей теории. При этом я допускаю, что какие-то события более-менее могут подходить под категорию черного лебедя, но это будет что-то, главным образом, из мира технологий, да и здесь все небесспорно, в том числе и потому, что «черный лебедь» - слишком размытое понятие. Да и не совсем удачное, на самом деле. Ну какая же это неожиданность — увидеть черного лебедя? Для того, чтобы хоть как-то обозначить совсем уж неожиданное событие, которое противоречило бы всем накопленным знаниям и опыту, нужен какой-нибудь пятиголовый семикрылый (что противоречило бы и законам физиологии, и эволюции и т.д.) лебедь, который к тому же еще и хищник, любящий охотится на незадачливых исследователей черных и белых лебедей))) Или какое-нибудь событие, описанное в научной фантастике, что-то вроде истории в «Кольце вокруг Солнца» К. Саймака.
Но метафора Талеба тоже достаточно эффектна, это сложно не признать. И она сработала. Есть в ней, если мыслить психоаналитически, что-то фаллическое, причем явно. Неожиданное вторжение черного лебедя, которое сотрясает все вокруг — каково!!!)))
У меня, однако, есть и другая интерпретация (не без доли иронии) — все эти рассуждения апологетов рынка о черных лебедях маскируют их страх перед… буревестником, перед социалистической революцией и наступление коммунизма!!! И они действительно боятся…

Таким образом, четких и обоснованных критериев, согласно которым какие-либо события можно подвести под категорию черного лебедя, просто нет. Для одних экономический кризис будет громом среди ясного небо, для других - естественным и ожидаемым для данной экономической системы, и т.д. Мы имеем дело с фикцией. Если бы речь велась о том, как нам усовершенствовать мышление и процесс познания, как распознавать и избегать ошибки и ограниченность в мышлении, о проблемах эпистемологии и т. д., это другое дело, но об этом написано уже много книг, это давно обсуждается и в науке, и среди тех, кто занимается и интересуется данными вопросами. С этой точки зрения Талеб ровным счетом ничего не открыл. Он лишь по своему повторял то, что было сказано до него, ну и, быть может, какие-то отдельные примеры у него можно назвать интересными и удачными, но не более.

А уж когда Талеб как-бы намекает, что он является глобальным мыслителем, становится и вовсе смешно. На самом деле он не более чем мелкобуржуазный мыслитель, мыcлящий мелко и узко. И тот пример из Бертрана Рассела о курице в курятнике (Талеб использовал вариант с индюшкой), на самом деле о нем самом и о таких, как он.
И когда он с гордостью называет себя скептиком-эпириком, который избегает влияния разных там теорий и идеологий, которые только затуманивают голову и вредят практике… это тоже все как-то смешно. Влияние идеологии достигает наибольшего влияния как раз в тех случаях, когда кто-либо думает, что он полностью свободен от идеологий, политики и всех теорий. Здесь я полностью согласен с Жижеком и прочими, кто об писал.

Вот как мыслитель Талеб видит трагедию капитализма:
«На самом деле трагедия капитализма заключается вот в чем: поскольку размеры доходов не выводятся из имеющихся данных, владельцев компаний, то есть акционеров, легко обводят вокруг пальца менеджеры, которые показывают доход и косметическую
прибыльность, но при этом могут подвергать компанию скрытым рискам».
Вот оно! Конечно он не говорит о том, как критикуют капитализм далеко не только одни левые, в чем они виляю его трагедию или трагедии.
Автор мог выразиться как-то по-другому. Можно было сказать «одна из трагедий...» - но… нет. Сказал, что думал, вероятно.

Талеб в своих книгах, интервью и заметках совершенно справедливо пишет о том, что состоятельные и богатые люди, как правило, очень даже не свободны — они зависят от своего положения, статуса, ожиданий социального окружения и т. д., причем они этого даже не осознают. Но сам Талеб судя по всему также не очень хорошо осознает, насколько он сам программируется своей средой (и идеологией неолиберализма). Он, например, рисует картину мира, состоящую из Среднестана и Крайнестана. В Среднестане все (люди, профессии, жизнь) какое-то неинтересное, скучное, ограниченное (в мифологии Талеба), а вот Крайнестан - это страна чудес! Главное и принципиальное различие между этими мирами — в возможности быстрого и, возможно, беспредельного обогащения.
«Таким образом, грань между писателем и пекарем, биржевым спекулянтом и врачом, вором и проституткой облегчает оценку человеческой деятельности. Она отмежевывает те профессии, в которых можно прибавлять нули к доходу, не прикладывая
дополнительных усилий, от тех, где расходуются силы и время (ресурс и того и того ограничен); иными словами — от тех, что подвластны законам тяготения».
Я бы не сказал, что Талеб делает это совсем уж прямо, но он однозначно создает миф (а точнее перепевает старые сказки на новый лад), в котором жизнь «Среднестана» обесценивается, а Крайнестан выглядит как манящая чудесная страна, пусть и весьма небезопасная.
Но здесь совсем не мешало бы заметить, что самого Талеба спасли от рака как раз представители скучного Среднестана — врачи. И вылечен он был медициной, которая развивается и достигает новых высот главным образом за счет продуманного последовательного развития (хотя, безусловно, в науке всегда были и будут и неожиданные прорывы), в том числе прогнозирования и планирования (на которое у Талеба, наверное, аллергия))). Это касается как развития научного знания, так и всей системы медицинской помощи и инфраструктуры, то есть организации.
Вот, в частности, почему Талеб для меня является всего лишь одним из примеров (мелко-)буржуазного мышления.

Отдельно стоит остановиться на том, что Талеб рисует казалось бы любопытный образ капиталистического рынка. Он просто громит всех тех, кто пытается строить какие-либо бизнес-планы или просто планировать свою деятельность, пытаясь понять и предсказать (спрогнозировать) ситуацию на рынке. Это касается всех сфер — финансовый сектор, любой бизнес, вся экономика стран и мира. Кругом непредсказуемость, всегда может прилететь черный лебедь, всем правит хаос. Но можно научиться извлекать выгоду из хаоса (у него даже отдельная книга об этом есть) и охотиться на черных лебедей. Сделать это можно, насколько я его понял, изменив свое мышление, научившись распознавать когнитивные ошибки и т. д. (Великий Гуру все подскажет))). Но это же глупо. Если говорить о действительно радикально непредсказуемых событиях, то мы их никогда и никак предвидеть не сможем, тем более — охотиться на них и извлекать из них выгоду. Это уже просто литература. Фэнтези, полагаю. А в другом смысле, все это слишком сильно начинает походить на старые сказки о разных тайных мистических знаниях и способностях, а также о «специалистах» по этому делу. У меня нет достаточных оснований считать, что теории Талеба являются сознательным мошенничеством, но какая-то вероятность этого, на мой взгляд, имеет место быть; хотя он больше похож на человека, поглощенного сложным самообманом и попавшего «в струю»; в то же время, если учитывать, что Талеб сделал деньги на одном из самых грязнопахнущих секторов рыночной экономики, то доверия это повышает. Далее. Если действительно все решает радикальная непредсказуемость и черные лебеди, то это нужно хорошо понимать, особенно тем, кто хочет заняться бизнесом (мое мнение — разговоры о полной предсказуемость есть, мягко говоря, некоторое преувеличение, хотя роль случая действительно велика, но мне здесь ближе куда более взвешенный подход, например, Л. Млодинова).
И вот здесь начинается интересное. Полная непредсказуемость, вероятно, должна все-таки отпугивать потенциальных предпринимателей. Если ты рискуешь не несколькими десятками миллионов из сотен, которые у тебя уже есть, то риск уж больно велик, а возможные последствия катастрофичны. Но это же прямо какая-то антиреклама капитализма, которую могли бы придумать левые. однако Талеб все излагает, конечно же, несколько иначе и ему удается представить капиталистический рынок (для тех, разумеется, кто готов в это поверить) каким-то интригующим, манящим, безумно завлекающим.
В чем же дело? Я разу вспомнил свою давнишнюю фрейдомарксистскую гипотезу (название условное, ибо в ней из психологии уже далеко не только один фрейдизм). Капиталистический рынок (и экономика) имеет поразительные сходства с шизогенной матерью, или, если угодно, с шизогенными паттернами — такая формулировка, вероятно, будет более системна, так как видит проблемы не в отдельном человеке (в его бессознательном и т. д.), а в системе взаимоотношений, которые следует понимать на основе системного подхода, а также понятий об обратной связи и циркулярности (нелинейности). То есть рынок то соблазняет, затягивая в себя и обещая по сути «ВСЕ» (очень много денег — это именно и есть «ВСЕ», удовлетворение всех желаний, фантазий…), он как-бы обещает безграничные любовь и счастье, НО… Он в любой миг может либо выкинуть тебя далеко на обочину (на свалку, на кладбище…))), либо полностью пожрать тебя. Капиталистический рынок деструктивен и патогенен в своей радикальной непоследовательности и непредсказуемости, у него есть только одно правило - «правил, при достижении цели (богатства) нет». А как уже давно отмечалось в психотерапевтической литературе, именно непоследовательность (и фальшь) со стороны родителей для ребенка гораздо более патогенна, чем открытая и последовательная авторитарность или даже жестокость; в последнем случае характер отношений быстро становится понятен, он не скрывается, и у другой стороны есть возможность последовательно сформировать защиты и линию поведения согласно ясному контексту, не уйдя, например, в невроз.
Но патогенные паттерны могут очень цепко и изощренно затягивать в себя. И это уже целая отдельная большая тема, которую надо бы раскрыть отдельно. У тех, кто готов быть «затянутым» в них всегда какая-то своя история. Большую роль, вероятно, играет чувство вины и стремление к проигрышу, стремление быть наказанным и отвергнутым (бессознательное). Полагаю, игры в капитализм сильно замешаны и на подобных проблемах, но все это, повторюсь, отдельная тема.

Рисуя такую вот картину непредсказуемого рынка, Талеб не жалеет красок на образ себя. Несомненно, он подсовывает образ для подражания. Он — из богатых и успешных, но из особого «подвида» этой «породы», из самых умных и творческих. Он любит читать, медитировать, заниматься наукой, он фланер-читатель, рассказал он и о своей бунтарской юности и т. д. И он намеренно слишком много говорит о себе, это, скорее всего, тоже продуманный ход. Не случайно же он приводит пример провальной стратегии писателя детективного жанра, который думает, что должен нравится своей предполагаемой аудитории. А Талеб, значит, показывает, что он никому не стремится нравится, он сама естественность.
Мое мнение — Талеб пытался писать суггестивно, в этом отношении он манипулятор, который искренне верит в свои идеи. Я улавливал у него некоторые манипулятивные уловки. Например, слишком много хаотично рассказываемых историй, много «воды» - это также может быть уловкой, рассеивающей и отвлекающей внимание.
Книги Талеба, полагаю, являются одновременно и маркетинговой компанией. К тому же он обмолвился, что читал и Бурдье, а значит он знает о теории символического и культурного капитала. И понял, как все это можно использовать. Талеб мыслит узко, но для рамок буржуазной культуры он достаточно умен и находчив, этого тоже нельзя не признать. Он теперь продает себя и как специалист по макроэкономике, и по массе других вопросов.

Короче говоря, главным моей реакций по мере знакомства с писаниной Талеба было удивление, но не его идеями, а той популярностью, которую он приобрел. В Википедии можно почитать о восторженных отзывах, о критике там тоже есть (кое-какие дельные критические отзывы я видел в других местах). И вот именно это мне и стало гораздо более интересным, чем собственно сами его идеи.
Если буржуазная культура превозносит такие «теории» и таких деятелей, значит таков ее уровень, такова суть всей капиталистической системы. Одно из главных ее свойство — снижения уровня… Она его и продуцирует, и воспроизводится за счет сниженного уровня.

Ну, про Талеба, наконец, все. Вряд ли уже когда-нибудь вернусь к его идеям.
А вот тему шизогенности капиталистического рынка и вариации на тему фрейдомарксизма (и прочих школ, применительно к социальной критике) обязательно буду развивать. Точнее, надо просто выразить мысли в желательно не слишком длинном тексте.
Tags: антикапитализм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments