al_ven (al_ven) wrote,
al_ven
al_ven

Category:

Наркокапитализм

Лоран де Суттер. Наркокапитализм. Жизнь в эпоху анестезии. М.: РИПОЛ классик, 2021.
Книга - прямо подарок для левых! (да и не только для левых, надеюсь) Наверное, буду покупать. В сети ее конечно нет, а почитать хотелось бы.
В работе Лорана де Суттера «Наркокапитализм» утверждается, что открытие анестезии, совершенное Чарльзом Томпсоном Джексоном и Уильямом Грином Мортоном в 1846 году, не только полностью изменило взаимосвязь между субъектом и его материальным телом, но и перевернуло отношения между обществом и составляющими его индивидами. Иными словами, научившись устранять из человеческой жизни боль, фармакологи породили ничем не ограниченные возможности для развития современного финансового капитализма. Во второй главе книги под названием «Наркокапитализм без границ», которую «Горький» публикует с купюрами, автор доказывает свою идею на примере веществ, получаемых из листьев коки.
https://gorky.media/fragments/edinstvennyj-kapitalizm..

Автор совершает чрезвычайно интересный экскурс в историю увлечения кокаином Зигмундом Фрейдом.

"Отпусти, отпусти*

Фрейд считал, что его научные выводы неопровержимы: кокаин был веществом, основной эффект которого состоял в том, чтобы сделать возможной деятельность, которая была невозможна без него — в некотором роде дистанцируя субъекта ото всего, что ему мешало. Иначе говоря, кокаин управлял эффективностью: когда человек страдал от трудностей, связанных с депрессивным состоянием, или от физических нарушений, это вещество позволяло свести страдание на нет. Именно в этом смысле его можно назвать «стимулятором» <...>: он побуждал к действию — действию, которое он одновременно стимулировал и обуславливал посредством устранения того, что этому стимулированию противилось. «Сопротивление» означало все, связанное с торможением, которое материя всегда способна запустить, или скорее с торможением, которое материя — например, тело и его органы — включает по самой своей природе и плотности. Благодаря кокаину место действия смещалось с физического тела в чистую волю, становясь проявлением умственных способностей, отделенных от каких-либо ограничений, кроме их собственной силы, как если бы материя являлась не чем иным, как их слугой. Когда Фрейд утверждал, что кокаин позволяет воссоздать «возбуждение» там, где оно, казалось, исчезло, он, несомненно, имел в виду именно это: продукт, который он по баснословной цене заказывал у Мерка, освобождал его от всего, что мешало ему действовать, а именно от самого себя. В любом случае самым важным было не наблюдаемое им явление абляции, а тот факт, что оно приводило к мобилизации: кокаин снова делал вас мобильным, активным, эффективным; он позволял выполнять самые трудные и неотложные задачи без малейших усилий. Короче говоря, кокаин был топливом для мозга — тем, что позволяло мозгу быть самим собой, пока остальная часть «Я» (тело) заперта в шкафу, чтобы он мог полностью отдаться наслаждению своей работой.
...
Из вещества того же, что наши сны

То, что кокаин воплощал собой принцип субъективной эффективности и что этот принцип принимал форму некоей абстракции по отношению к материи и ее сдерживающей природе, был главным уроком, который можно извлечь из текстов Фрейда, посвященных данному веществу. Однако его отношения с компанией Merck и то, как она служила символом функционирования промышленного капитализма, должны заставить нас задуматься, не стояло ли за этим чего-то большего. В случае с кокаином речь идет о своеобразной логике отстраненности — этаком процессе всеобщей дематериализации, затрагивающем все измерения реальности, будь то субъект или социальная вселенная. Кокаин иллюстрирует принцип действенности изменчивого мира — мира, в котором ничто больше не имеет значения, кроме свободного применения сил, санкционированного забвением всего, что могло бы их сдерживать, в любой сфере. Более того, именно это и обнаружила история торговли кокаином: отсутствие каких-либо ограничений или правил, которые могли бы ей противостоять, или, по крайней мере, возможность игнорировать их, ведь теперь они утратили свою убедительность. Когда на пресс-конференции в 1971 году Ричард Никсон объявил «войну наркотикам», он прекрасно понимал, что она безнадежна, поскольку с каждой новой попыткой сдержать торговлю кокаином победа будет ускользать все дальше. Возможно, именно это и было его целью: обеспечить начало некоего движения абстрактной борьбы без сущности или последовательности — чистого потока или чистой силы, голого жеста решения, не имеющего отношения к реальности, которой предполагалось противостоять. Симптоматично, что в том же 1971 году Никсон решил покончить с конвертируемостью доллара в золото, что положило конец Бреттон-Вудским соглашениям, поддерживавшим более или менее стабильную мировую экономику, и всякой связи между американскими деньгами и их стандартом. Мировая экономическая система внезапно оказалась ввергнутой в своего рода пластиковое безумие, первым результатом которого стало развертывание финансовой системы, этой гигантской машины для производства денег без привязки к чему-либо помимо их собственной стоимости. Аналогично тому, как единственным последствием войны с наркотиками стало исчезновение остатков материального в торговле кокаином, демонтаж Бреттон-Вудской системы ознаменовал вступление капитализма в эпоху его дематериализации.

Ноль, ноль, ноль

В леденящем душу расследовании мафиозной кокаиновой экономики, опубликованном в 2013 году [роман «Ноль Ноль Ноль»], Роберто Савиано выдвинул еще более радикальную гипотезу, согласно которой то, что казалось совпадением, на самом деле является обычным порядком вещей. Та роль, которую торговля кокаином играла в истории промышленного развития, а также та модель, которую это вещество представляло собой в повороте к финансизации, должны были бы заставить нас заподозрить, что дело не только в простой аморальности капитализма. О капитализме следует мыслить не столько как о системе, сопровождающей (и даже, в значительной мере, поддерживаемой) тот порошок, что очаровал Фрейда, а как о системе, полностью иннервируемой им — в том смысле, что он составляет ее энергию, ее сущность, ее цель и ее модель. Мало того, что международные финансы неотделимы от торговли наркотиками; все указывает на то, что это просто одно целое — как если бы их невозможно было разграничить. Об этом же свидетельствует и непоследовательность действий Никсона. Единственный капитализм — кокаиновый капитализм, точно так же, как кокаин существует только в экономической системе, соответствующей ему своей неустойчивостью, незаконностью, аддиктивностью и нематериальностью, то есть в абстрактной нервной системе, превратившейся в совершенное возбуждение. Всякий капитализм — это, с неизбежностью, наркокапитализм, то есть капитализм насквозь наркотический, чья возбудимость является лишь маниакальной обратной стороной депрессии, которую он никогда не прекращает производить, даже если представляется средством от нее. Конечно, это средство есть не что иное, как забвение — та самая абляция ощущения собственных органов, подчеркиваемая Фрейдом, которая в конечном счете нашла свою идеальную форму в анестезии, практикуемой каждый день на миллионах потребителей антидепрессантов. И, конечно, неслучайно большинство антидепрессантов на рынке имеют гораздо больше общего с кокаином, чем синтетическую природу и эффект потери чувствительности, вызываемый их потреблением. Перечитывая Фрейда, мы вправе были ожидать от кокаина именно то, что тревожные обитатели развалин глобального капитализма надеются получить от таблеток, которые они глотают с утра до ночи: ничего не чувствовать — прежде всего, не чувствовать своего желудка. Наркокапитализм — это капитализм наркоза, того принудительного сна, в который анестезиологи погружают своих пациентов, чтобы освободить их от всего, что мешает им оставаться эффективными в текущей ситуации, заставив их работать, работать и еще раз работать".

Пять причин купить книгу (по мнению Лабиринта):
1. Афористичный философский трактат молодого французского философа посвящен анализу новой эпохи — Эпохи анестезии.
2. «Наркокапитализм» исследует, как в современном обществе происходит процесс усыпления человека.
3. Лоран де Суттер доказывает, что нашу бдительность и энергию усыпляют не только успокоительные препараты и никотин, но и многие другие продукты капиталистического общества.
4. В книге в один ряд с кокаином, кофеином и антидепрессантами встают мультфильмы Диснея, торговые центры и весь наш жизненный уклад.
5. «Наркокапитализм» — одна из самых заметных и ярких работ в современной философии.

Психологи против капитализма и за социализм
Tags: антикапитализм, психология капитализма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments